AbdullahAbuAdam

2 day Translate

Translation is not possible.

Почему в России нарастает исламофобия? Все мы видели эти видео. Человек совершает намаз в аэропорту, заняв один квадратный метр пола. Он никого не трогает, не перекрывает проход. Просто молится. Но обязательно находится прохожий, который начинает снимать на телефон, возмущаться, требовать полицию:\"У нас тут Россия, а не ... !\" Мигрант идет по улице. Ему кричат: \"Понаехали, езжайте к себе!\" Хотя он, может быть, родился в этом городе. Курбан-байрам в любом крупном городе. Сотни тысяч мусульман собираются у мечетей, потому что те единицы, что построили когда-то «по глупости», не вмещают всех. Для жителей окрестных домов этот день становится самым ненавистным в году. Я сам ходил на пятничную молитву в Москве, в мечеть на Минской. Каждую пятницу там стояли автобусы с ОМОНом. Эту картину я не видел ни у синагог по субботам, ни у церквей по воскресеньям. Только у мечетей. Забота? Вряд ли. Вопрос: почему? Почему ислам — традиционная религия России, вторая по численности, религия миллионов граждан — вызывает такую реакцию? В основе исламофобии лежит глубинный, часто неосознаваемый страх. Страх перед тем, что ислам — это не просто религия в западном смысле слова, не \"вера в душе\" и не культурная традиция. Ислам — это тотальный проект, который не признает разделения жизни на светскую и религиозную. Для мусульманина нет частной веры и публичной жизни. Вера пронизывает всё. Современное секулярное общество, особенно постсоветское, построено на обратном принципе: религия — это личное дело, не выносимое в публичное пространство. Намаз посреди аэропорта, хиджаб в школе, минарет в центре города — это вторжение \"частного\" в \"общественное\". Это ломает матрицу, в которой люди привыкли жить. Но здесь есть важный нюанс, который редко проговаривается. Русский человек, даже если он неверующий или православный номинально, внутри несет память о другой модели — о симфонии власти и веры, о Третьем Риме, о сакральном царе. Эта память вытеснена, травмирована десятилетиями атеизма и капитализма. Но она никуда не делась. И когда русский человек видит мусульманина, который молится, не стесняясь, который не прячет свою веру, который готов занимать пространство под нее, — он видит не зеркало, а витрину. Витрину того, что он сам потерял — цельности. Отсюда агрессия. Это не ненависть к чужому. Это ненависть к тому, что напоминает о собственной пустоте. Секулярное общество ненавидит ислам не потому, что ислам плох, а потому что ислам обнажает ложь секуляризма. Он показывает, что можно жить иначе. Что можно не делить жизнь на \"для Бога\" и \"для себя\" и что вера может быть тотальной. Русские в этом смысле — трагический народ. Они потеряли свою симфонию, свою империю, свою веру как государствообразующий принцип. Им предложили вместо этого суррогаты: сначала \"светлое будущее\", потом \"права человека\", потом \"скрепы\". Но суррогат не греет. А Ислам греет. Он дает человеку идентичность, смысл, распорядок дня, братство, цель. Он не стесняется себя. Поэтому когда русский человек видит молящегося татарина или чеченца, он злится. Не на него. На себя. На то, что сам так не может. На то, что ему нечего противопоставить этой цельности, кроме злобы и ОМОНа у мечетей. Исламофобия в России — это конфликт пустоты с полнотой. Пустота всегда ненавидит полноту, потому что полнота ее обличает. Ислам не угрожает России, он угрожает только одной вещи — той лжи, в которой живет человек, потерявший себя. Он показывает, что можно быть верующим не по праздникам, а постоянно. Можно иметь смысл, который не зависит от цены на нефть. Русский человек это чувствует. И либо однажды примет, либо будет сгорать в собственной ненависти. Потому что зависть, которую не осознают, становится ядом. А яд убивает того, кто его носит. al` Martani (https://t.me/ich_rien)

Почему в России нарастает исламофобия?

Все мы видели эти видео. Человек совершает намаз в аэропорту, заняв один квадратный метр пола. Он никого не трогает, не перекрывает проход. Просто молится. Но обязательно находится прохожий, который начинает снимать на телефон, возмущаться, требовать полицию:"У нас тут Россия, а не ... !"

Мигрант идет по улице. Ему кричат: "Понаехали, езжайте к себе!" Хотя он, может быть, родился в этом городе.

Курбан-байрам в любом крупном городе. Сотни тысяч мусульман собираются у мечетей, потому что те единицы, что построили когда-то «по глупости», не вмещают всех. Для жителей окрестных домов этот день становится самым ненавистным в году.

Я сам ходил на пятничную молитву в Москве, в мечеть на Минской. Каждую пятницу там стояли автобусы с ОМОНом. Эту картину я не видел ни у синагог по субботам, ни у церквей по воскресеньям. Только у мечетей. Забота? Вряд ли.

Вопрос: почему? Почему ислам — традиционная религия России, вторая по численности, религия миллионов граждан — вызывает такую реакцию?

В основе исламофобии лежит глубинный, часто неосознаваемый страх. Страх перед тем, что ислам — это не просто религия в западном смысле слова, не "вера в душе" и не культурная традиция. Ислам — это тотальный проект, который не признает разделения жизни на светскую и религиозную. Для мусульманина нет частной веры и публичной жизни. Вера пронизывает всё.

Современное секулярное общество, особенно постсоветское, построено на обратном принципе: религия — это личное дело, не выносимое в публичное пространство. Намаз посреди аэропорта, хиджаб в школе, минарет в центре города — это вторжение "частного" в "общественное". Это ломает матрицу, в которой люди привыкли жить.

Но здесь есть важный нюанс, который редко проговаривается. Русский человек, даже если он неверующий или православный номинально, внутри несет память о другой модели — о симфонии власти и веры, о Третьем Риме, о сакральном царе. Эта память вытеснена, травмирована десятилетиями атеизма и капитализма. Но она никуда не делась.

И когда русский человек видит мусульманина, который молится, не стесняясь, который не прячет свою веру, который готов занимать пространство под нее, — он видит не зеркало, а витрину. Витрину того, что он сам потерял — цельности.

Отсюда агрессия. Это не ненависть к чужому. Это ненависть к тому, что напоминает о собственной пустоте.

Секулярное общество ненавидит ислам не потому, что ислам плох, а потому что ислам обнажает ложь секуляризма. Он показывает, что можно жить иначе. Что можно не делить жизнь на "для Бога" и "для себя" и что вера может быть тотальной.

Русские в этом смысле — трагический народ. Они потеряли свою симфонию, свою империю, свою веру как государствообразующий принцип. Им предложили вместо этого суррогаты: сначала "светлое будущее", потом "права человека", потом "скрепы". Но суррогат не греет.

А Ислам греет. Он дает человеку идентичность, смысл, распорядок дня, братство, цель. Он не стесняется себя.

Поэтому когда русский человек видит молящегося татарина или чеченца, он злится. Не на него. На себя. На то, что сам так не может. На то, что ему нечего противопоставить этой цельности, кроме злобы и ОМОНа у мечетей.

Исламофобия в России — это конфликт пустоты с полнотой. Пустота всегда ненавидит полноту, потому что полнота ее обличает.

Ислам не угрожает России, он угрожает только одной вещи — той лжи, в которой живет человек, потерявший себя. Он показывает, что можно быть верующим не по праздникам, а постоянно. Можно иметь смысл, который не зависит от цены на нефть.

Русский человек это чувствует. И либо однажды примет, либо будет сгорать в собственной ненависти. Потому что зависть, которую не осознают, становится ядом. А яд убивает того, кто его носит.

al` Martani (https://t.me/ich_rien)

https://t.me/ich_rien)

Comment

Send as a message

Share on my page

Share in the group

1 month Translate

Translation is not possible.

Запрет на употрбление в пищу мяса свиньи в исламе, иудаизме и ... Жили-были люди возле моря в небольшом городке. Ловили рыбу и питались морскими дарами Всевышнего. Но затем Он решил испытать на прочность их веру. Выходят в море рыбаки и ничего не могут поймать кроме жалкой мелочи, которой хватало только, чтобы с голоду не сдохнуть. Но они не унывали и надеялись на лучшее и молили Всевышнего. Затем наступила суббота. Суббота для иудеев день, когда нельзя работать. Пришли к берегам огромные косяки рыбы. Так много было рыбы, что десятками и сотнями они выпрыгивали из воды, теснимые своими товарками. Жители города радовались — Господь ответил на нашу мольбу! Завтра, когда можно будет работать, мы выйдем в море и наполнятся наши сети. Но на следующий день рыба исчезла. И следов не осталось от обильных косяков. И снова прошла неделя. Снова наступила суббота. Опять увидели жители города огромные косяки рыб, подходящих к самому берегу. И не знали уже что думать. И снова следующий день был пустым, порожним, безуловным, напрасным в жалких усилиях снискать пропитание. Так прошло несколько недель и все оставалось по-прежнему. Так же баламутили их взоры рыбьи косяки по субботам и не туманили их глаза по остальным дням. Обсуждали они эту ситуацию неоднократно, но ни к чему не могли прийти. Но вот во время очередного обсуждения некий толковый малый сказал принародно: Хорошо! Рыба бывает только по субботам, когда мы не можем работать и не бывает в другие дни. Но что если мы закинем сети в пятницу вечером и оставим их в море. В субботу придет рыба и мы не будем работать. А в воскресенье утром мы вытащим наши сети полные рыбы. После недолгих разговоров, все согласились с этим предложением. Так они и поступили. Закинули сети в пятницу вечером, в субботу они, как обычно, вышли к берегу и глазели на огромные косяки уже другими глазами. А в воскресенье утром отплыли на своих лодках и, недалеко от берега, вытащили сети полные рыбы. То-то было радости. Неужели они перехитрили самого Господа миров? Но вскоре они стали меняться. Сейчас это называется словом «мутация». Очень быстро они перестали выглядеть как люди и часть из них превратилась в свиней, а другая часть в обезьян. Свиньи, ДНК которых очень близка к человеческой, и человекообразные обезьяны, ДНК которых также очень близка к человеческой. Как Господь превратил их в свиней и обезьян? Ну не волшебным же образом! Он творит и Он меняет то, что пожелает. Он установил законы во вселенной и Он правит в соответствии с этими законами. Он изменил их ДНК и они изменились. Таким образом домашние свиньи и человекообразные обезьяны это народ, наказанный Всевышним за свои попытки хитрить с Ним. И запрет в Торе и Коране на употребление свинины в пищу связан с этим. Это все равно что людоедство. Что же касается Евангелия, то ведь Евангелие подтверждает установления Торы, но конкретные слова были изъяты либо искажены.

Запрет на употрбление в пищу мяса свиньи в исламе, иудаизме и ...

Жили-были люди возле моря в небольшом городке. Ловили рыбу и питались морскими дарами Всевышнего. Но затем Он решил испытать на прочность их веру. Выходят в море рыбаки и ничего не могут поймать кроме жалкой мелочи, которой хватало только, чтобы с голоду не сдохнуть. Но они не унывали и надеялись на лучшее и молили Всевышнего. Затем наступила суббота. Суббота для иудеев день, когда нельзя работать.

Пришли к берегам огромные косяки рыбы. Так много было рыбы, что десятками и сотнями они выпрыгивали из воды, теснимые своими товарками. Жители города радовались — Господь ответил на нашу мольбу! Завтра, когда можно будет работать, мы выйдем в море и наполнятся наши сети.

Но на следующий день рыба исчезла. И следов не осталось от обильных косяков. И снова прошла неделя. Снова наступила суббота. Опять увидели жители города огромные косяки рыб, подходящих к самому берегу. И не знали уже что думать. И снова следующий день был пустым, порожним, безуловным, напрасным в жалких усилиях снискать пропитание.

Так прошло несколько недель и все оставалось по-прежнему. Так же баламутили их взоры рыбьи косяки по субботам и не туманили их глаза по остальным дням.

Обсуждали они эту ситуацию неоднократно, но ни к чему не могли прийти. Но вот во время очередного обсуждения некий толковый малый сказал принародно: Хорошо! Рыба бывает только по субботам, когда мы не можем работать и не бывает в другие дни. Но что если мы закинем сети в пятницу вечером и оставим их в море. В субботу придет рыба и мы не будем работать. А в воскресенье утром мы вытащим наши сети полные рыбы.

После недолгих разговоров, все согласились с этим предложением. Так они и поступили. Закинули сети в пятницу вечером, в субботу они, как обычно, вышли к берегу и глазели на огромные косяки уже другими глазами. А в воскресенье утром отплыли на своих лодках и, недалеко от берега, вытащили сети полные рыбы. То-то было радости.

Неужели они перехитрили самого Господа миров?

Но вскоре они стали меняться. Сейчас это называется словом «мутация». Очень быстро они перестали выглядеть как люди и часть из них превратилась в свиней, а другая часть в обезьян.

Свиньи, ДНК которых очень близка к человеческой, и человекообразные обезьяны, ДНК которых также очень близка к человеческой.

Как Господь превратил их в свиней и обезьян? Ну не волшебным же образом! Он творит и Он меняет то, что пожелает. Он установил законы во вселенной и Он правит в соответствии с этими законами. Он изменил их ДНК и они изменились.

Таким образом домашние свиньи и человекообразные обезьяны это народ, наказанный Всевышним за свои попытки хитрить с Ним. И запрет в Торе и Коране на употребление свинины в пищу связан с этим. Это все равно что людоедство. Что же касается Евангелия, то ведь Евангелие подтверждает установления Торы, но конкретные слова были изъяты либо искажены.

Comment

Send as a message

Share on my page

Share in the group

1 month Translate

Translation is not possible.

Списки Эпштейна: Сточная яма человечества Существует важная книга, помогающая понять, как человек превращается в уродливое подобие самого себя. Это «Эффект Люцифера» Филипа Зимбардо — известного психолога и автора знаменитого Стэнфордского тюремного эксперимента. Зимбардо утверждает нечто пугающее: зло не всегда является врождённым качеством личности. Чаще всего зло — это продукт среды и власти. Помести человека в условия, где он обладает абсолютным контролем, сними с него всякую ответственность, обеспечь полную тайну — и нейронные цепи, отвечающие за эмпатию, начинают постепенно угасать. Пробуждается тёмная сторона. Но и это ещё не всё. Существует и другой уровень объяснения — нейробиологический. Учёные называют его дофаминовой толерантностью, или, образно говоря, скукой богов. Существует универсальный закон психики: мозг привыкает к стимулам. Ты покупаешь новую машину — восторг. Через месяц она становится повседневностью. Эти люди — миллиардеры и представители элиты — достигли полной насыщенности. Они ели самую изысканную пищу, летали на самых дорогих самолётах, купили всё, что можно купить. Естественное удовольствие у них умерло. Учёные описывают это состояние как ангедонию, связанную с властью. Дофамин больше не выделяется на дозволенные стимулы. И вот здесь начинается катастрофа. Начинается поиск предельного кайфа — поиск запретного, невозможного, поиск нарушения табу — юридического и нравственного. Но почему — дети? Почему — насилие? Потому что это последний оставшийся красный рубеж. Его пересечение даёт им ощущение, что они выше людей, что законы «стада» на них не распространяются. Их цель — не секс. Их цель — экстаз нарушения божественного запрета. Позволь здесь вспомнить одну историю из эпохи упадка Рима. Римские патриции сидели за столами, ломящимися от яств, каких глаз не видел. Они ели до полного насыщения. А затем — что? Останавливались? Нет. Они уходили в специальные комнаты, где намеренно вызывали рвоту, а затем возвращались к столу — есть снова. Были ли они голодны? Разумеется, нет. Они искали наслаждение бесконечного потребления, пытались победить биологический предел насыщения. Желание не знало меры, а желудок — знал. Решением стало — избавиться от содержимого, чтобы продолжать. Видишь связь? То же самое происходит на этих островах и в закрытых спальнях. Они не удовлетворяют инстинкт — они извергают человечность, чтобы снова пожирать невинность. Они пытаются заполнить чёрную дыру внутри себя — дыру, которая никогда не насыщается. И потому прибегают к количеству, крайности и жестокости — лишь бы что-то почувствовать. В книге «Сила причинения вреда» описывается ещё одно ключевое понятие — реификация, или опредмечивание. Эти люди не видят в жертвах людей — с душами, чувствами, матерями. Они видят объекты. Как кусок мяса на римском пиру. Как дорогую вещь. Мир для них — шахматная доска. А за закрытыми дверями они доводят опредмечивание человека до предела. Жестокость по отношению к ребёнку или беспомощному не имеет отношения к сексу. Это — воля к власти. Желание почувствовать себя земным богом, обладающим правом на боль, правом на судьбу, правом на разрушение чужой невинности без страха быть остановленным. Но прежде чем закончить, позволь мне показать исламский взгляд. Ислам не ждал Фрейда или Зимбардо. Он выразил всю эту психологическую трагедию в одном аяте из семи слов: «Нет! Поистине, человек преступает границы, когда считает себя независимым». Коран указывает на корень: человек тираничен не потому, что он изначально зол, а в тот миг, когда он видит себя самодостаточным. Когда у него есть деньги, покупающие всё, и власть, защищающая от всего. Когда он воображает, что не нуждается ни в Боге, ни в людях, ни в законе. В этот миг иллюзии он сбрасывает одежду рабства и надевает плащ божественности — плащ, который ему не по размеру, и потому он сгорает в нём сам и сжигает окружающих. Ислам учит: если душу оставить без узды — без богобоязненности и самоконтроля — она не знает предела. Она падает до уровня, который Коран описывает пугающе точно: «Они подобны скоту — но даже более заблудшие». Почему «хуже скота»? Потому что животное убивает, чтобы есть, и спаривается, чтобы продолжить род. А эти убивают ради наслаждения и оскверняют невинность ради забавы. И здесь раскрывается смысл границ в исламе. Многие думают, что дозволенное и запретное — это оковы свободы. Но на деле это ограждение безопасности, спасающие человека от падения в бездну. Бог установил границы в деньгах, сексе и власти не для того, чтобы лишить человека удовольствия, а чтобы защитить его человечность от озверения. Потому что без границ человек становится чёрной дырой, поглощающей всё и никогда не насыщающейся. И истинен Бог в словах: «Если бы Аллах щедро распростёр пропитание Своим рабам, они непременно впали бы в беззаконие на земле. Но Он ниспосылает по мере, как пожелает. Воистину, Он о рабах Своих — Сведущ и Видящий». Пусть твой день будет светлым, о человек. Мухаммад Фадали, египетский писатель, блогер и современный автор.

Списки Эпштейна:

Сточная яма человечества

Существует важная книга, помогающая понять, как человек превращается в уродливое подобие самого себя.

Это «Эффект Люцифера» Филипа Зимбардо — известного психолога и автора знаменитого Стэнфордского тюремного эксперимента. Зимбардо утверждает нечто пугающее: зло не всегда является врождённым качеством личности. Чаще всего зло — это продукт среды и власти.

Помести человека в условия, где он обладает абсолютным контролем, сними с него всякую ответственность, обеспечь полную тайну — и нейронные цепи, отвечающие за эмпатию, начинают постепенно угасать.

Пробуждается тёмная сторона. Но и это ещё не всё.

Существует и другой уровень объяснения — нейробиологический.

Учёные называют его дофаминовой толерантностью, или, образно говоря, скукой богов.

Существует универсальный закон психики: мозг привыкает к стимулам.

Ты покупаешь новую машину — восторг.

Через месяц она становится повседневностью.

Эти люди — миллиардеры и представители элиты — достигли полной насыщенности.

Они ели самую изысканную пищу, летали на самых дорогих самолётах, купили всё, что можно купить.

Естественное удовольствие у них умерло.

Учёные описывают это состояние как ангедонию, связанную с властью.

Дофамин больше не выделяется на дозволенные стимулы.

И вот здесь начинается катастрофа.

Начинается поиск предельного кайфа — поиск запретного, невозможного, поиск нарушения табу — юридического и нравственного.

Но почему — дети? Почему — насилие?

Потому что это последний оставшийся красный рубеж.

Его пересечение даёт им ощущение, что они выше людей, что законы «стада» на них не распространяются.

Их цель — не секс. Их цель — экстаз нарушения божественного запрета.

Позволь здесь вспомнить одну историю из эпохи упадка Рима.

Римские патриции сидели за столами, ломящимися от яств, каких глаз не видел.

Они ели до полного насыщения.

А затем — что? Останавливались?

Нет. Они уходили в специальные комнаты, где намеренно вызывали рвоту, а затем возвращались к столу — есть снова.

Были ли они голодны? Разумеется, нет.

Они искали наслаждение бесконечного потребления, пытались победить биологический предел насыщения.

Желание не знало меры, а желудок — знал.

Решением стало — избавиться от содержимого, чтобы продолжать.

Видишь связь?

То же самое происходит на этих островах и в закрытых спальнях.

Они не удовлетворяют инстинкт — они извергают человечность, чтобы снова пожирать невинность.

Они пытаются заполнить чёрную дыру внутри себя — дыру, которая никогда не насыщается.

И потому прибегают к количеству, крайности и жестокости — лишь бы что-то почувствовать.

В книге «Сила причинения вреда» описывается ещё одно ключевое понятие — реификация, или опредмечивание.

Эти люди не видят в жертвах людей — с душами, чувствами, матерями.

Они видят объекты.

Как кусок мяса на римском пиру.

Как дорогую вещь.

Мир для них — шахматная доска.

А за закрытыми дверями они доводят опредмечивание человека до предела.

Жестокость по отношению к ребёнку или беспомощному не имеет отношения к сексу.

Это — воля к власти.

Желание почувствовать себя земным богом, обладающим правом на боль, правом на судьбу, правом на разрушение чужой невинности без страха быть остановленным.

Но прежде чем закончить, позволь мне показать исламский взгляд.

Ислам не ждал Фрейда или Зимбардо.

Он выразил всю эту психологическую трагедию в одном аяте из семи слов:

«Нет! Поистине, человек преступает границы, когда считает себя независимым».

Коран указывает на корень: человек тираничен не потому, что он изначально зол, а в тот миг, когда он видит себя самодостаточным.

Когда у него есть деньги, покупающие всё, и власть, защищающая от всего.

Когда он воображает, что не нуждается ни в Боге, ни в людях, ни в законе.

В этот миг иллюзии он сбрасывает одежду рабства и надевает плащ божественности — плащ, который ему не по размеру, и потому он сгорает в нём сам и сжигает окружающих.

Ислам учит: если душу оставить без узды — без богобоязненности и самоконтроля — она не знает предела.

Она падает до уровня, который Коран описывает пугающе точно:

«Они подобны скоту — но даже более заблудшие».

Почему «хуже скота»?

Потому что животное убивает, чтобы есть, и спаривается, чтобы продолжить род.

А эти убивают ради наслаждения и оскверняют невинность ради забавы.

И здесь раскрывается смысл границ в исламе.

Многие думают, что дозволенное и запретное — это оковы свободы.

Но на деле это ограждение безопасности, спасающие человека от падения в бездну.

Бог установил границы в деньгах, сексе и власти не для того, чтобы лишить человека удовольствия, а чтобы защитить его человечность от озверения.

Потому что без границ человек становится чёрной дырой, поглощающей всё и никогда не насыщающейся.

И истинен Бог в словах:

«Если бы Аллах щедро распростёр пропитание Своим рабам, они непременно впали бы в беззаконие на земле. Но Он ниспосылает по мере, как пожелает. Воистину, Он о рабах Своих — Сведущ и Видящий».

Пусть твой день будет светлым, о человек.

Мухаммад Фадали, египетский писатель, блогер и современный автор.

Comment

Send as a message

Share on my page

Share in the group

1 month Translate

Translation is not possible.

Мне присылают книги в формате pdf, сверстанные энтузиастами. Но так как есть некоторые замечания, хочу представить несколько правил верстки. 1. PDF — это формат предназначенный для печати. Если вы верстаете книгу и сохраняете в pdf-формате то учитывайте, что эту книгу будут печатать, а не только читать с экрана. Имейте в виду, что есть левая страница книги и правая страница. Подумайте как они будут смотреться. При использовании номеров страниц, посмотрите как они будут выглядеть на левой и правой странице. 2. Дефис (-) используется в составных словах (как-будто, по-прежнему), для разделения частей предложения используется знак тире (длинное тире) (—) (Это — пример использования тире.) В некоторых случаях допустимо использовать знак среднего тире, в числовых диапазонах, к примеру (–) (25–50). 3. В русском языке абзацы выделяют отступами. Между абзацами пустые строки не оставляют. 4. Основные кавычки в русском языке — это «ёлочки» («слово»). Дополнительные — «лапки» (”слово”). Сверхдополнительные — это одинарные «лапки» (‘слово‘). 5. В книге бывает титульный лист с названием книги и именем автора. Может быть также дополнительная информация в виде аннотации и данных о переводчике и верстальщике — на втором титульном листе. 6. Обложка — бывает передней и задней. Это отдельная часть книги. Обложка не входит в нумерацию страниц. 7. Для набора типографских символов (разные виды тире, кавычки и пр.) используйте дополнительные программы. К примеру, Типографская раскладка Ильи Бирмана; Autohotkey; в Линукс типографская раскладка уже встроена, может быть понадобится ее включить в настройках. 8. Очень важно установить формат книги. По умолчанию в редакторе обычно стоит формат А4 (21х29,7 см). Для книги более удобен формат А5 (14,8х21 см). Формат устанавливается в свойствах документа в редакторе офисной программы.

Мне присылают книги в формате pdf, сверстанные энтузиастами. Но так как есть некоторые замечания, хочу представить несколько правил верстки.

1. PDF — это формат предназначенный для печати. Если вы верстаете книгу и сохраняете в pdf-формате то учитывайте, что эту книгу будут печатать, а не только читать с экрана. Имейте в виду, что есть левая страница книги и правая страница. Подумайте как они будут смотреться. При использовании номеров страниц, посмотрите как они будут выглядеть на левой и правой странице.

2. Дефис (-) используется в составных словах (как-будто, по-прежнему), для разделения частей предложения используется знак тире (длинное тире) (—) (Это — пример использования тире.) В некоторых случаях допустимо использовать знак среднего тире, в числовых диапазонах, к примеру (–) (25–50).

3. В русском языке абзацы выделяют отступами. Между абзацами пустые строки не оставляют.

4. Основные кавычки в русском языке — это «ёлочки» («слово»). Дополнительные — «лапки» (”слово”). Сверхдополнительные — это одинарные «лапки» (‘слово‘).

5. В книге бывает титульный лист с названием книги и именем автора. Может быть также дополнительная информация в виде аннотации и данных о переводчике и верстальщике — на втором титульном листе.

6. Обложка — бывает передней и задней. Это отдельная часть книги. Обложка не входит в нумерацию страниц.

7. Для набора типографских символов (разные виды тире, кавычки и пр.) используйте дополнительные программы. К примеру, Типографская раскладка Ильи Бирмана; Autohotkey; в Линукс типографская раскладка уже встроена, может быть понадобится ее включить в настройках.

8. Очень важно установить формат книги. По умолчанию в редакторе обычно стоит формат А4 (21х29,7 см). Для книги более удобен формат А5 (14,8х21 см). Формат устанавливается в свойствах документа в редакторе офисной программы.

Comment

Send as a message

Share on my page

Share in the group

AbdullahAbuAdam

2 day Translate

https://t.me/ich_rien)

1 month Translate

1 month Translate

1 month Translate

2 months Translate - Youtube