# На пороге верст

Абдуль-Малик Аль-Касим

На пороге верст

2010

Во имя Аллаха

Милостивого, Милосердного

УДК 821.411.21-3.09

ББК 83.3 (5CАP)-4

А 13

Книга, яку Ви тримаєте в своїх руках, є перекладом збірника ви-браних реальних історій, які взяті з життя арабської мусульманської

молоді.

Автор книги пропонує Вам перенестись в арабську ісламську атмосферу, глибше зануритись у життя арабської молоді, розділити з героями оповідань (звичайними молодими людьми) їх почуття, досвід й

спробувати зрозуміти їх переконання.

Абдуль-Малик АЛЬ-КАСЕМ

А 13

На пороге будущего. Реальные истории из жизни арабской мусульманской молодежи: Рассказы. – Трерье русское

издание, исправленное. – Днепропетровск: АРТ-ПРЕСС, 2010.

– 192 с.

ISBN 978-966-348-217-0

Книга, которую Вы держите в своих руках, является переводом

сборника избранных реальных историй, взятых из жизни арабской мусульманской молодёжи.

Автор книги предлагает Вам перенестись в арабскую исламскую

атмосферу, глубже проникнуть в жизнь арабской молодёжи, разделить

с героями рассказов (обыкновенными молодыми людьми) их чувства, опыт и попытаться понять их убеждения.

УДК 821.411.21-3.09

ББК 83.3 (5CАP)-4

ДОО «Аль-Мустакбаль»

Украина, 49000, г. Днепропетровск,


ул. Ленина, 39

E-mail: d.almostakbal@gmail.com Права на издание получены у автора.

Переиздание книги без согласования с владельцем авторских прав запрещено.

По вопросам перепечатки данного издания обращаться

в ДОО «Аль-Мустакбаль». Мы с удовольствием дадим вам разрешение.


© Copyright, 1991-1996, Saudi Arabia. Dar al-Kasem, Riyadh.

© Перевод на русский язык, ДОО «Аль-Мустакбаль», 1999.

© Третье издание, ДОО «Аль-Мустакбаль», 2010.

ISBN 978-966-348-217-0

© АРТ-ПРЕСС, техническое оформление, 2010.

Содержание

Слово от издателя

6

От автора к русскому читателю

9

Переселение


11

Тревожное предупреждение

20

Радость


30

Возвращение


39

Мольба


49

В ожидании праздника


54

Однажды цифры рассказали

61

Слезы радости


69

На чужбине


77

Тому, у кого есть сердце


84

Открытая дверь


89

Ты только начни


101

Смущающий вопрос


111

Кроме двери неба


118

Не печалься


132

Бегство


141

Карающий меч


150

Будур


169

Ураган души моей


182

Слово от издателя

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

Дорогой читатель!

Книга, которую Вы держите в своих руках, является переводом сборника избранных реальных историй, впервые опубликованных в

Саудовской Аравии на арабском языке в трех

томах. Арабский оригинал этого трехтомника

выдержал несколько многотиражных изданий

и стал бестселлером.

Собирая эти истории и придавая им вы-разительную форму, автор старался не только обеспечить читателю приятный досуг и

вызвать у него сопереживание героям, но и

помочь ему извлечь пользу из нравственных

уроков.

Автор предлагает читателю перенестись

в арабскую исламскую атмосферу, глубже

проникнуть в жизнь арабской молодежи, разделить с героями рассказов (обыкновенными

молодыми людьми) их чувства, опыт и попы-ателя

таться понять их убеждения.

В нашем русском издании мы попытались

максимально сохранить авторский стиль и

колорит арабского языка, учитывая при этом

структурные и стилистические особенности

русского языка.

Слово от изд

Данный сборник также может служить ис-точником достоверной информации об Исламе, его идеологии, морали, традициях, тенден-


циях и менталитете арабской мусульманской

молодежи. Учитывая тот факт, что арабский

мир является пульсом всего огромного и мно-гообразного исламского мира, а Ислам до

настоящего момента остается самой активно

распространяющейся религией в мире, мы

полагаем, что эта книга будет интересна и по-лезна как мусульманскому, так и немусульман-скому читателю.

Отличие русского издания от оригинала

состоит в том, что, во-первых, мы попытались

объяснить в сносках незнакомые выражения

и моменты, требующие для понимания определенных знаний. Во-вторых, нами были

идентифицированы все суры (главы) и аяты

(стихи) Священного Корана, использованные

в книге для того, чтобы облегчить заинтересо-вавшемуся читателю поиск истины в Коране

– Слове Божьем. И, в-третьих, в этом издании

к излагаемому материалу были добавлены ху-дожественные фотографии и иллюстрации.

Когда в 1999 году мы впервые представили

эту книгу на суд читателя, мы четко осознава-ли, что делаем первые шаги в новой для современной русской литературы сфере: перевод-ной арабской исламской художественной

литературе. Книга вызвала живой интерес: нам приходили письма от читателей с горячи-ми отзывами и добрыми пожеланиями.

Второе переработанное и дополненное издание, выпущенное в 2007 г., имело еще более

сильный резонанс со стороны читателей. На

мой электронный адрес до сих пор приходят


письма из разных мест с просьбой о получе-нии данной книги. Поэтому мы решили пере-издать этот сборник рассказов, надеясь, что на-ша работа станет основой для духовного просвещения, поможет молодежи осознать свое

предназначение и найдет продолжателей, которые поднимут начатое нами дело на

новый высокий уровень.

От имени всех моих собратьев из добро-вольной общественной организации «Аль-Мустакбаль» я хочу выразить признательность

всем братьям и сестрам, которые затратили

много сил и своего личного времени на то, чтобы сделать этот труд достойным внимания

нашего уважаемого читателя. Особую огром-ную благодарность мы выносим нашим бла-городным братьям за пожертвования, на которые была издана данная книга.

Спасибо Вам, наш дорогой читатель, за

Ваше доверие. Мы будем рады узнать о Ваших

впечатлениях, замечаниях и предложениях.

В заключение я поднимаю руки к небу, воздавая хвалу Щедрому Аллаху за честь об-ателя

ращаться к Вам, и молясь о том, чтобы этот

наш скромный труд был угоден Всевышнему

и нашел Вашу поддержку.

И хвала Аллаху, с помощью Которого за-вершаются все добрые дела.

Ваш искренний брат, нуждающийся

в милости Аллаха и в Вашем ду`а

Слово от изд

Тарек Эль-Рафей

Днепропетровск

tarek_rafei@yahoo.com

Раби-сани , 1431 о т Хиджры


Март, 2010 г.


От автора к русскому читателю

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

Хвала Аллаху, Господу Миров! Мир и

благословение благороднейшему из проро-ков и посланников – нашему пророку Мухаммаду и его семье, а также всем его сподвижникам.

Чтение подобной литературы способ-ствует обновлению души, духовно-нрав-ственному возрождению людей, укрепляет

решимость и силу воли верующих, утверж-дает их в исполнении намерения совершить

покаяние и вернуться на прямой путь Великого Аллаха. Это подобно новой заре, свету

солнца, восходящего в душе мусульманина.

Описанные мною истории взяты из жизни обыкновенных людей в те самые критические дни их жизни, когда они вынуждены

были сделать свой выбор. Озаренные све-том Всевышнего Аллаха, эти люди выбрали

единственно правильное решение и оказались на правильном пути. Красивые и со-вершенные поступки героев, их волевые характеры, приближенные к мусульманскому

идеалу, помогли им встать на прямой путь и

уверенно по нему идти вперед.

Благодаря щедрости Всевышнего Аллаха, все мы принадлежим к единой нераз-рывной мусульманской общине, несмотря

на различия в языках, цвете кожи, несмотря


на удаленность друг от друга стран и по-следователей Ислама, живущих в различных

уголках земного шара. Ведь «Все правовер-ные – братья!» Исходя из этой мысли, группа

моих благородных братьев и сестер по вере

под руководством брата Тарека Эль-Рафей

перевела на русский язык сборник арабских

исламских рассказов с целью воспитания в

людях высоких моральных и духовных качеств: доброты, человеческого достоинства, богобоязненности и благочестия.

Мы от всей души надеемся, что под вли-янием данных историй каждый смущенный

мусульманин сможет победить зло в своей

душе, и высокие мысли и идеи героев навсегда останутся в его сердце и будут ему служить

поддержкой.

телю

Я молю Всевышнего Аллаха принять покаяние всех раскаявшихся грешников и при-числить нас к числу тех людей, которые если

и совершают грехи, то непрерывно в них каются. Да дарует нам Аллах Рай, не подверг-нув нас наказанию за грехи, и да благословит

нашего пророка!

Ваш брат

а к руССкому чита

Абдуль-Малик Мухаммад Аль-Касем

от автор

10

Переселение

Спросил я о людях, которых любил:

«Скажи, дом, не знаешь, теперь где они?

Их, может быть, вдаль увезли корабли

В далекие дали из милой земли?..»

И дом тот ответил печали моей, Что прожили здесь они несколько дней:

– Родные твои уж со мною простились, Приют мой покинули. Переселились.

У дома я спрашивал, где их искать

И где они бросили якорь опять:

– Не знаешь, где новый приют обрели, Какие дома полюбили они?

– До срока – в могиле приют обрели, Плоды своих дел пожинают они.

11

Я заметила, что лицо моей сестры стало

бледным, и она похудела. Но она, как обычно, читала Коран, и ее всегда можно было

найти на молельном коврике в положенное

время. Я помню, как она молилась и как

ее руки в молитвах тянулись ввысь к Богу.

И так без устали: утром и вечером, днем и

глубокой ночью… Я же всё свое свободное

время тратила на чтение развлекательных

журналов об актерах и певцах, на просмотр

видеофильмов и чтение романов о любви.

Меня даже прозвали «любительницей ТВ», ведь прозвища дают человеку зачастую по

тому слову, которое он чаще всего произносит.

Я никак не могла разобраться в своих

делах и молитвах.

…Только что я выключила свой видео-магнитофон – три часа кряду смотрела новый

фильм. С ближней мечети доносится утрен-ний азан к молитве. Я забираюсь в постель, но

вдруг слышу зов сестры. Спрашиваю:

– Да что ты хочешь, Нура?

– Не спи, пока не совершишь утреннюю молитву! – строго отвечает сестра.

– О… да еще целый час для намаза, ведь

прозвучал только первый азан!

Ласковый голос моей сестры не изменился с тех пор, как она тяжело заболела и

дни напролет лежала в постели. Мягким голосом она подозвала меня к себе:

– Подойди, пожалуйста, и сядь рядом со

мной.

13

Я присела рядом с ней.

– Ну, что у тебя интересного?

Негромко, но с радостным и гордым чув-ством непоколебимой веры она прочитала:

– «Каждая душа почувствует смерть.

И в День Суда получите то, что совершили…»1

Нура немного помолчала, а затем спросила:– Ты еще не поверила в смерть?

– Ну, я верю в нее.

– А ты не задумывалась о том, что будешь

спрошена обо всех своих маленьких и больших делах?

– Да, но Бог Милосердный и Прощаю-щий… и жизнь длинная… – протянула я.

– О сестра моя! Разве тебя не устрашает

внезапность смерти? Помнишь Хинд? Она

младше тебя, а видишь, погибла в автока-тастрофе. И такая участь постигает многих.

Смерть не знает возраста. И возраст не определяет, когда придет смерть.

Мне вдруг стало как-то не по себе в ее

темной комнате; поеживаясь от страха, я

упрекнула ее:

– Я боюсь темноты, а ты меня запугива-ешь смертью. Как я теперь усну? Я думала, что ты решилась поехать вместе с нами на

отдых во время каникул и поэтому позвала к

ПереСелеНие

себе.Вдруг ее голос задрожал.

14

1 Семейство Имрана: 185.

– Наверное, в этом году я буду далеко…

совсем в другом месте… Все может случиться, Надия, жизнь – в руках Аллаха…

Слезы хлынули потоком из глаз моей сестры, и она беззвучно зарыдала. Мое сердце

сжалось… Я задумалась о ее длительной и

тяжелой болезни. Врачи сообщили отцу, что

опухоль злокачественная, и Нуре, возможно, осталось недолго жить. Неужели ей кто-то

сказал об этом или она сама догадалась о том, что жизнь ее угасает?

– О чем ты задумалась? – твердый голос

сестры вывел меня из задумчивости.

– Ты думаешь, что я это говорила, потому

что больна? Нет, скорее, я буду жить дольше, чем некоторые из здоровых людей. А

сколько ты будешь жить? Быть может, 20 или

40 лет? Ну а после этого?

Я заметила, как ее руки нервно задвига-лись в темноте.

– Между нами нет разницы. И все мы по-кинем этот мир и перенесемся в Рай или Ад.

Разве ты не знаешь, что Всевышний сказал:

«Тот, кто будет отстранен от Ада и введен

в Рай, – преуспеет»1.

Пожелав ей спокойной ночи, я быстро

вышла из комнаты, но голос сестры все еще

звучал в моих ушах: «Пусть Аллах направит

тебя на правильный путь. Не забывай совершать намаз»…

В восемь часов утра в мою дверь постуча-1 Семейство Имрана: 185.

15

ли. Обычно так рано меня не будили. За две-рью слышался плач и движение. Что могло

случиться?

Оказалось, сестре стало плохо, и отец

отвез ее в больницу. Мне было предписано

провести эти каникулы дома…

После долгого томительного ожидания в

час дня из больницы позвонил отец и сообщил, что мы можем навестить Нуру:

– Выезжайте скорее.

Мама мне сказала, что голос у отца был

встревоженный. Мы наскоро оделись, сели в

машину и поехали в больницу. Где дорога, по которой я с водителем всегда ездила гулять? Она должна быть короткой. Почему

эта дорога сегодня такая длинная, невероятно

длинная? Куда делась праздная толпа, приятная моему сердцу, которую я любила рассматривать, поворачивая голову направо и

налево? Толпа выглядит вялой и смертельно

скучной…

Мама, расположившись возле меня на заднем сиденье, делает ду`а1 для моей сестры:

– …Она благочестивая, послушная

дочь… Я никогда не видела, чтобы она тратила время попусту…

Когда мы вошли в больничные ворота, моим глазам предстала ужасная картина: одни

люди стонали от боли, у других были пере-ПереСелеНие

ломы, раны, у третьего глаза запали вовнутрь

от истощения, так что невозможно было по-1 Ду`а – произвольная мольба к Аллаху, обычно начинающая-1

ся просьбой к Аллаху о благословении и приветствии пророка

Мухаммада (личные ду`а); мольба – формула из арсенала пророка Мухаммада (ду`а-сунна).

нять, живой ли этот человек или он явился

из потусторонней жизни… Какая страшная

картина! Я никогда ничего подобного не видела…

Мы быстро поднялись по лестнице.

– Она лежит в реанимации, сейчас я от-веду вас к ней, – объяснила нам медсестра.

Медсестра (очень добрая девушка) успокаи-вала мою маму:

– После комы ей значительно лучше.

В реанимационную палату разрешено входить только по одному посетителю.

Сквозь небольшое дверное оконце я увидела Нуру, окруженную врачами. Возле Нуры

стояла мама, однако глаза моей сестры были

устремлены на меня. Спустя две минуты мама

вышла, уже не сдерживая слез. Мне также

разрешили войти и поприветствовать сестру, но с условием, что говорить я буду не более

двух минут…

– …Как у тебя дела, Нура? Вчера вечером

ты чувствовала себя хорошо. Что же случилось с тобой?

Она взяла мою руку и легонько прижала

к себе:

– Благодаря Аллаху я чувствую себя хорошо.

Я сидела на краю кровати сестры, и моя

нога соприкасалась с ее ногой. Нура убрала

свою ногу.

– Извини, если помешала тебе, – попросила я.

1

– Нет, что ты, просто я вспомнила, что

Аллах Великий (Ему принадлежит вся слава) сказал: «Когда соединится голень с

голенью, в тот день погонят его к Господу твоему»1 …

– Надия, ты должна делать для меня ду`а.

Может быть, скоро я встречу свой первый

день в новой жизни… Я как путник, который уезжает далеко, а его продовольствен-ные запасы невелики.

От этих слов на мои глаза навернулись

слезы, и я расплакалась. Я плакала долго, и

мой отец начал волноваться за меня больше, чем за Нуру. Мои родители не привык-ли к тому, чтобы я долго сидела в своей

комнате и плакала…

В тот грустный день после заката солнца в нашем доме стояла необычайная тишина. Ко мне зашла моя двоюродная сестра по матери, а затем и двоюродная сестра

по отцу. Посещения были недолгими…

В наш дом шли и шли посетители.

В моей голове их голоса слились воедино.

Из их речей я поняла одно: Нура умерла…

Я уже не понимала, о чем говорили

люди в нашем доме и кто посещал нас.

О Господи! Где я? Что произошло? Я хочу

плакать, но уже нет сил…

Позже мне рассказывали, что отец взял

ПереСелеНие

меня за руку и повел в последний раз по-прощаться с сестрой. Я поцеловала ее… Не

1

1 Воскресение: 29-30.

помню ничего, кроме одной детали: уви-дев ее мертвое тело, лежащее на кровати, я вспомнила ее речь: «Когда соединится

голень с голенью…», – и познала истину, что «…в тот день погонят его к Господу

твоему»…

Не могу понять, как я очутилась на том

месте, где всегда молилась моя сестра. На

меня разом нахлынули воспоминания, я

будто вновь видела ее живую. Мы жили

вместе еще до рождения, ведь мы – близне-цы. Она давала добрые советы, не позволя-ла пропускать Фаджр1, помогала, когда мне

приходилось туго в сложной ситуации, ус-покаивала мою душу в тревожное время…

Теперь, когда я просыпаюсь утром, то

не жду вечера… А если дожила до вечера

– не жду утра…

1 Фаджр – утренняя молитва.

1

Тревожное

предупреждение

Ïîðîþ äî áåçóìèÿ ïóãàþò

à

Í ñ

è

ü

÷


î

ò

-

å

ì

ñ


ð


,

è

ò

ä

å

á

õ

è

ò

ñ


è


û

;

è

è

Êàê òîëüêî æå ïðîõîäÿò – çàáûâàåì Âñå ñòðàõè è íàìåðåíüÿ áëàãèå.

Ì


è


ÿ

ñ

ò

þ

ÿ

í

å

å

ð

,

å

ü

í

å

ä

å

â

î

ï


è


,

ü

÷

Êîãäà îíè íåâäàëåêå ïðîéäóòñÿ; È ñðàçó ïðåäàåìñÿ íàñëàæäåíüÿì, Åäâà îíè íà âðåìÿ îòâåðíóòñÿ.

тревоЖНое ПредуПреЖдеНие

20

Первые годы своей студенческой жизни

я прожил в теплой семейной атмосфере, окруженный истинно верующими людьми. Всякий раз, возвращаясь с прогулки уже

поздней ночью, я заставал маму за чтением

ду`а и слышал голос отца, совершавшего

ночной намаз1. Отцовская молитва всегда была очень длинной. Я часто останав-ливался, в изумлении слушая его долгую

молитву, тогда как за окном стояла холодная зима, и ничего не было слаще сна. И я

удивленно говорил себе: «Как отец терпелив! Никогда не изменяет своим правилам!

Это поразительно!»

Тогда я не мог понять, что, стоя перед

Аллахом в молитве, верующий обретает

свое истинное спокойствие. Это намаз благородных мусульман, которые покидают

свои теплые постели для общения с Аллахом…

Прошли студенческие годы. Я вырос и

возмужал, но вместе с тем я начал все больше отдаляться от Аллаха, несмотря на то, что некоторые люди время от времени давали мне умные советы.

По окончании полицейской академии

меня распределили на работу в город, рас-положенный довольно далеко от моего

родного города. Ситуация немного смягча-лась тем обстоятельством, что еще со времен учебы в академии я был знаком со своими коллегами по работе…

1 Намаз (синонимы: салят, молитва) - ежедневная пятикратная мо-21

литва мусульман, совершаемая в определенное время суток.

С этих пор Коран перестал быть у меня

на слуху и материнский голос больше не

будил меня на утреннюю молитву. Я жил

один, вдали от родного дома, вне семейной

атмосферы благочестия и богобоязненности.

По приказу высшего начальства меня

назначили наблюдателем за движением

на скоростных шоссе на окраинах города.

В мои обязанности входила первая помощь

пострадавшим в автомобильных катастро-фах. Я с головой погрузился в новую работу, честно и активно исполняя все, что

требовалось от меня. Казалось бы, внешне

моя жизнь текла плавно и гладко, но в моем

мозгу бушевала буря.

У меня было слишком много свободного времени и очень мало друзей. Для

праздного ума, не обремененного долгом

ни перед кем, было много искушений, которые, впрочем, быстро надоедали. Я начал скучать. И вокруг не оказалось никого, кто помог бы мне придерживаться веры.

К сожалению, все вышло не так, как хотелось бы.

…Тот день выдался особенным. Мы с

моим напарником, который стал мне уже

приятелем, стояли на обочине дороги и, как обычно, обсуждали последние новости.

тревоЖНое ПредуПреЖдеНие

Как вдруг неподалеку раздался ужасный

грохот. Напарник и я невольно оберну-лись и увидели, что автомобиль, очевидно, выехавший на противоположную полосу, 22

столкнулся со встречным автомобилем.

Мы тут же понеслись к месту аварии, чтобы

своевременно оказать помощь раненым.

Невозможно описать увиденную нами

картину. В первой машине оказалось двое

пострадавших. Они были в тяжелом состоянии. Вытащив этих двоих из искорежен-ного автомобиля и оставив их в лежачем

положении, мы с напарником побежали

на помощь водителю другой машины. Но, к сожалению, было уже поздно: водитель

был мертв. Мы вернулись cнова к первым

двум пострадавшим и нашли их тоже при

смерти.

Мой опытный напарник поспешил сказать им слова шахады, декларирующие веру

в Аллаха:

– Говорите: «ля иляха илля-Ллах»!1

Но вместо этого с их губ слетало пение.

Это пугало меня. Однако мой приятель, в

отличие от меня хорошо знавший призна-ки скорой смерти и то, как следует посту-пать с умирающими, настойчиво повторял

им «ля иляха илля-Ллах».

Я стоял в напряжении, прислушиваясь

и внимательно всматриваясь в происходящее. Клянусь вам, никогда еще в своей жизни я не видел людей в таком ужасном со-1 «Ля иляха илля-Ллах» – «нет бога кроме Аллаха», исламская ша-хада, или декларация веры, являющаяся первым столпом Ислама; в полном виде звучит как «Свидетельствую, что нет бога кроме

Аллаха и свидетельствую, что Мухаммад Посланник Аллаха».

Произнесение этих важных слов является первым и в то же время

последним долгом каждого человека, так как тот, кто умрет с этими словами на устах, войдет в Рай, как говорил пророк Мухаммад

(да благословит его Аллах и приветствует): «Войдет в Рай тот, 23

кто умрет, заявляя о том, что нет бога кроме Аллаха».

стоянии! О, что вы! Да я и смерти-то совсем

не видел, тем более такой жуткой. Напарник продолжал настойчиво, но напрасно

произносить слова шахады, а те двое, на-ходившиеся на смертном одре, все не могли оставить свое пение. Все старания были

тщетны.

Постепенно звуки песен начали сти-хать. Затих один певун, а за ним стал ос-лабевать и другой. Мало-помалу все звуки

замерли. И оба пострадавшие уже лежали

перед нами без малейшего движения. Они, наверное, покинули этот мир.

В полном молчании мы отнесли их в

полицейскую машину. Я заметил, что мой

приятель в сильной тревоге низко склонил

голову…

Некоторое расстояние мы проехали, со-храняя гробовое молчание, но голос напарника, слава Богу, его нарушил. Он рассказывал о смерти. Мой приятель объяснял мне, что любой человек завершает свою земную

жизнь либо хорошо, либо плохо, и что ее

финал, скорее всего, отражает то, чему пос-вятил он себя в этой жизни. Напарник приво-дил мне в пример много реальных историй, которые почерпнул из исламской литературы. Из них явствовало, что конец человеческой жизни зависит от того духовно-нрав-тревоЖНое ПредуПреЖдеНие

ственного состояния, в котором отходящий

в мир иной пребывал, стоя на пороге веч-ности и перелистывая последний том книги

своей жизни!

24

Всю дорогу мы проговорили и о жизни, и о смерти, и о мертвецах, которые моментально вставали у меня перед глазами, как

только память подсказывала мне, что рядом

с нами, на заднем сиденье, находятся именно мертвецы.

Я боялся смерти и в течение долгого

времени не переставал раздумывать над

случившимся. Ночь того дня я смиренно провел в молитвах. Но спустя немного

времени впечатление от происшествия на

дороге сгладилось, и я постепенно вернулся к прежнему образу жизни, как будто

никогда и не видел тех двух мужчин в их

ужасном предсмертном состоянии. Однако все же мне перестали нравиться песни.

У меня попросту исчез к ним прежний интерес. Возможно, это было связано с пением, исходившим от тех двух мужчин, нахо-дившихся на смертном одре…

Жизнь продолжала повергать меня в

изумление.

Спустя еще шесть месяцев, во время моего дежурства, произошла очередная, очень

странная авария. Гражданин ехал на своей

машине, соблюдая все правила. Но когда

он въехал в ведущий к городу тоннель, у

автомобиля внезапно прокололась шина, и водитель был вынужден выйти, чтобы

заменить колесо. Неосмотрительно встав

позади своего автомобиля, чтобы достать

из багажника запаску, молодой человек, наверное, даже и не успел понять, что слу-25

чилось. Машина, мчавшаяся на огромной

скорости, наехала на него, и его, тяжело ра-ненного, отбросило в сторону.

Мы с новым напарником молниеносно

примчались к месту происшествия, бережно перенесли пострадавшего в свою машину и позвонили в ближайшую больницу, чтобы там к моменту нашего приезда уже

были готовы принять жертву аварии.

Это был молодой парень с очень приятной внешностью, по которой можно было

судить, что он человек глубоко верующий.

И покуда мы его несли, всю дорогу слышалось очень тихое бормотание, которое вто-ропях невозможно было разобрать.

Устроив пострадавшего на заднем сиденье, мы немедленно тронулись с места.

Тут до нашего слуха снова донеслись исхо-дящие от молодого человека мелодичные

звуки его приятного голоса. Он читал Коран невыразимо прекрасным и чистым голосом, и, пожалуй, никто и никогда бы не

догадался, что подобные звуки может изда-вать столь тяжко израненный человек.

Из-за сильной кровопотери его одежда

была вся пропитана кровью, а его кости, нечего и говорить, подверглись множест-венным, очень серьезным переломам. Наверняка, его смерть была близка.

тревоЖНое ПредуПреЖдеНие

Медленное и чудесное чтение Корана

не прерывалось ни на секунду. Я никогда

не слышал подобного искусного чтения.

Мне припомнился мой первый опыт, и я

2

сказал себе, что в этот раз сам призову уми-рающего произнести слова шахады, как это

в прошлый раз сделал мой напарник.

Мы оба завороженно слушали нежный

и приятный голос раненого парня, и я вдруг

почувствовал, как мурашки пробежали по

всему моему телу. Внезапно чтение оборва-лось, и его голос затих. Резко обернувшись

назад, я увидел, как молодой человек поднял свой указательный палец и неожиданно произнес: «Я свидетельствую, что нет

бога, кроме Аллаха, и что Мухаммад – Посланник Аллаха», после чего его голова безвольно склонилась набок.

За несколько секунд я перебрался к нему

на заднее сиденье и ощупал у него пульс, послушал сердце и проверил дыхание. Ни-каких признаков жизни. Он из нее ушел.

Я очень долго смотрел на него, слезы

капали из моих глаз. Затем, скрепя сердце и

пряча слезы от своего напарника, сообщил

ему о смерти парня.

Прошло всего несколько секунд, и мой

напарник тоже расплакался. Теперь уже я

не мог сдерживаться и громко всхлипывал, а мои слезы текли ручьем. И если бы кто-нибудь заглянул в салон нашей машины, его бы поразил наш скорбный вид.

В больнице мы рассказывали всем о необыкновенной истории парня. Многие слу-шатели были потрясены обстоятельствами

его кончины и плакали от умиления и вос-хищения. А один из них, выслушав рассказ

2

до конца, подошел к телу благочестивого

юноши и поцеловал его в лоб.

Все, кто только слышал эту историю, остались в больнице в ожидании, когда

объявят время совершения погребальной

молитвы над телом усопшего. Дежурный

по больнице связался по телефону с семьей

погибшего парня. Так мы узнали о юноше

еще больше хорошего. Трубку поднял его

брат и рассказал, что каждый понедельник

молодой человек ездил в село к своей оди-нокой бабушке. Там он помогал сиротам, вдовам и беднякам. И не было в селе человека, который не знал бы его. Он привозил

им исламские книги и кассеты. Каждый раз, собираясь туда, добросердечный юноша

укладывал в багажник сахар и рис для нуждающихся и никогда не забывал конфеты

для детей своего села. Когда же его пытались отговорить от частых поездок (ведь

неблизкая дорога), он всегда отвечал, что

нисколько не теряет времени, поскольку

в пути существует возможность слушать

Коран, повторять заученные из него от-рывки, прослушивать религиозные кассеты. Благородный юноша говорил, что за

каждый километр, который он проезжал по

дороге туда, Аллах вознаградит его в боль-шей мере…

тревоЖНое ПредуПреЖдеНие

Утром следующего дня мечеть была пе-реполнена молящимися людьми. В похо-ронной процессии участвовало непривыч-ное множество людей.

2

По окончании погребальной молитвы

мы унесли его тело на кладбище и опусти-ли в тесную сырую яму.

– Направьте его лицо в сторону киблы1

во имя Аллаха и по пути общины Послан-ника Аллаха! – раздался торжественно-спо-койный голос имама2.

После этого мы все вместе стали засы-пать песком его могилу.

– Просите для вашего брата стойкости! Просите, чтобы Аллах поддержал и ук-репил его, ибо ангелы сейчас уже его до-прашивают: «Кто твой Бог? Какая у тебя

вера? Кто твой пророк?» – обратился к нам

имам.

Мой брат по Исламу встретил первый

день своей вечной жизни, а я как будто заново родился в этой, земной. Я покаялся

перед Аллахом во всех своих грехах, которые совершил, втайне надеясь, что Аллах

простит и укрепит меня в повиновении Ему

и даст мне хороший конец в этой жизни, и сделает мою могилу и могилы всех мусульман до Судного Дня садом, подобным

садам Рая.

1 Кибла – направление из любой точки земного шара на Каабу, находящуюся в Мекке (Саудовская Аравия), в котором мусульмане встают для совершения молитвы.

2 Имам – лидер; человек, стоящий впереди молящихся; руководя-2

щий коллективной молитвой.

Радость

Î æèçíè ñâîåé òû ðàçäóìûâàë ìíîãî, ò


Â

ð

â


î

ÿ

ì

å

ê

ê

à

ò

å

â

ñ


ë

ñ


,

å

û

ë

í

â

à

ä


å

û

,

è

í

Ëåãêî è êðàñèâî ñìåíÿÿ äðóã äðóãà, Òàê ñ÷àñòëèâî è áåçìÿòåæíî òåêëè.


î

ï


ë

û

ë

ï


È

å

ò å

÷ è

í

ñ

ÿ

à

ñ

à

ï

î


å

í


,

þ

ü

ç

î

Â

î

ã

î

í

æ

î

ì

ç


÷


,

à

ë


î

ò

ñ


à

ë

è

à

ò

á

ü

ä

ó

à.

È íî÷è äàâíî ïðåìèðèëèñü ñ òîáîþ –

Âåäü òû îáìàíóòü èì ïîçâîëèë ñåáÿ.

ó

Ï

ñ


ü

ò

ñ

í

î

é

î

â

ò


î

ï


ä

ó

ê à

è


,

ê

î

ï

å

ð

ê

è

î

ä

à

ë

ñ


,

ê

È âñå ïðåâîñõîäíî – òû ñ÷àñòëèâ â ñóäüáå, î


ì

î

ò

ý


è

ð

Ï

ì

á

í

à

î

â

è

÷

í

ë

î

ï


,

ì

î

ï


ì

î

å

î

ê

Ïðèäåò áåñïîêîéñòâî âíåçàïíî ê òåáå.

радоСтЬ

30

После окончания школы я подала документы для поступления в институт. Но

неожиданно к моим родителям пришел

молодой человек, учившийся в США, и попросил моей руки. Моя семья и я дали согласие. Вскоре я должна была уехать в другую страну. Тогда этот случай принес мне

большую радость, ведь это означало, что я

буду жить в Америке!..

Правда, меня слегка беспокоил вопрос: почему мои родители так легко согласились на то, что я уеду от них далеко и надолго, тем более, что они не были знакомы

с этим парнем раньше, а я была еще совсем

юна…

После свадьбы мы уехали в Америку

и поселились в нашем красивом доме…

Я наслаждалась медовым месяцем. Дни протекали незаметно, как один затянувшийся

праздник… Как много мы путешествовали

по Америке и сколько красивых мест мы

увидели! Мой муж старался, чтобы я получила как можно больше впечатлений об

Америке, ее культуре и образе жизни…

Но вот дни радости и покоя закончились. Позднее я поняла, что тогда мы пере-живали как бы период юношеского роман-тизма: многое рисовалось нам в радужном

свете. Казалось, что счастью не будет конца и края…

А потом в наших отношениях появились приливы и отливы. Мы мирно плы-ли по течению реки под названием жизнь, 31

не обременяя себя мыслями о сути бытия, не думая о завтрашнем дне, о неизбежном, о своих обстоятельствах… Единственное, к чему мы стремились, – получить обо всем

представление, насытить наши взоры все

новыми и новыми впечатлениями…

Постепенно мы замечали, что наши

взгляды расходятся. Каждый из нас стре-мился находить занятие по душе вне дома.

Мой супруг стал меньше бывать дома, порой не появлялся даже по ночам… За три

года совместной жизни у нас так и не появились дети. Между нами словно выросла

стена, семейная жизнь дала трещину, отношения стали натянутыми. В голову лезли

всякие невеселые мысли о неудачном заму-жестве. Такое состояние длилось вплоть до

поездки к моим родителям.

Они, конечно же, не могли не заметить

усталость и разочарование на моем лице…

И я решилась рассказать матери о том, что

волновало и тревожило меня там, в Америке. Она представила сложившуюся ситуа-цию на отцовский суд. Отец подозвал меня

к себе и с глазу на глаз расспросил меня о

причинах моих семейных неурядиц, об отношении супруга ко мне. Папу интересова-ло и то, соблюдает ли мой муж предписания

религии?.. Отец дал мне время на размышле-радоСтЬ

ния, чтобы спокойно все обдумать и решить

вопрос о будущем наших семейных уз…

После некоторого раздумья я утверди-лась в своем решении просить развод. До

32

того, как начался бракоразводный процесс, мне казалось, что все произойдет легко и

быстро. Ведь еще живя в Америке, мы несколько раз обсуждали это.

Однако теперь муж соглашался на развод только при условии, что ему вернут

махр1…

Так или иначе, но после развода самые

неприятные дни моей жизни закончились.

За время процесса моя ненависть к мужу

возросла из-за безосновательных требова-ний по многим пунктам развода. Он словно

забыл, что во время нашей совместной жизни я частично оплачивала его обучение, и

даже моя зарплата в течение трех лет была

в его полном распоряжении.., по крайней

мере, ему вернули все, что он требовал, а я

получила свое…

В начале учебного года я собрала документы для поступления в институт, на

факультет английского языка. За те три

года, проведенные в англоязычной среде, я

довольно неплохо освоила язык… Но Аллаху было угодно, чтобы я столкнулась со

своей старой подругой. Ей оставалось про-учиться год, чтобы получить возможность

поступить на шариатский факультет. Наш

разговор длился недолго, но и за это время ей удалось переубедить меня поменять

факультет. «Там, – сообщила мне подруга,

– можно получить обширную и полезную

1 Махр – приданое невесты, которое выплачивает ей жених в качестве денег, золота или имущественных ценностей (как, напри-мер, недвижимость) при женитьбе или разводе в зависимости от

33

договоренности, зафиксированной в брачном контракте.

информацию, необходимую для практи-ческой жизни мусульманина. В этом университете, – уверяла она, – познакомишься

со всеми студентками. Ты будешь доволь-на кипучей общественной жизнью, инте-ресными дискуссиями и лекциями…» Эта

яркая студенческая жизнь, так заманчиво

описанная подругой, словно вернула меня

в юношеские годы, в то время, когда я так

любила участвовать в различных внеклас-сных мероприятиях…

И я положилась на Аллаха, как мне и

советовала подруга.

– Не поленись! – добавила она тогда

уходя. Эти слова, возможно, и стали последним толчком к принятию решения.

Спустя лишь несколько месяцев я стала

активной студенткой университета: участ-вовала в подготовке вечеров, собраний и

коллоквиумов. В моем коллективе царило

чувство юмора, которого я была лишена

последние три года. Я вновь ощутила себя

здоровой, и жизнь во мне била ключом, как

любила повторять мама.

Теперь у меня абсолютно не оставалось

свободного времени: я готовила доклады, повторяла уроки, писала сообщения для

своих коллег. Я вновь обрела жизненную

активность, твердую решимость и силу

радоСтЬ

воли. Окружающее меня общество подтал-кивало к соблюдению не только обязательных, но и дополнительных постов и молитв, углубленному изучению Ислама.

34

Я благодарю Аллаха за то, что Он по-дарил мне шанс поступить на этот факультет, где все студентки и преподава-тели были истинными мусульманами и

надежными друзьями…

Мои коллеги и я поставили перед

собой цель – выучить Коран наизусть.

Это решение символизировало начало

нового этапа в моей жизни. Порой меня

охватывало беспокойство, что я не смогу продолжать начатое дело, однако со

временем я открыла для себя, что Аллах

помогает нам, облегчая мне и моим подругам заучивание Его слов – Священного

Корана.

Следующим моим шагом было решение сконцентрироваться на исламской акиде и фикхе, дабы компенсиро-вать время, растраченное попусту…

Живя в Америке, я думала, что просто

купаюсь в счастье. Но только теперь поняла, насколько оно было призрачным, хотя и выглядело вполне безмятежным…

Моя деятельность постепенно достиг-ла и пределов нашего дома. Я начала изу-чать Коран со своей младшей сестрой, читать вслух для матери то, что могло бы

ей пригодиться, в особенности информацию, касающуюся женских вопросов.

Слава Аллаху, у меня появилось не-малое количество аудио- и видеокассет, книг по религии… Теперь я не хожу в

гости без книг или кассет об Исламе, и

35

могу сказать, что не упустила ни единой

возможности сделать такие подарки…

Жизнь моя полностью переменилась.

Да и я смотрела на нее уже совершенно

иными глазами: земная жизнь – это лишь

временный привал перед переходом к

следующей, бессмертной жизни…

Ничто не омрачало мою радость до

того момента, пока мой бывший супруг, вернувшийся из Америки, не прислал ко

мне свою мать с просьбой о прощении.

Он хотел, чтобы я забыла все, что осталось

в прошлом, и вернулась к нему. Но я, поце-ловав ее голову, ответила, что не оглядыва-юсь уже на прошлое и давно простила его

с надеждой, что Аллах простит и меня. Вот

так я отказалась от предложения бывшего

мужа. Прощаясь с его матерью, я переда-ла для него кассеты, наводящие на мысль о

покаянии, в надежде подтолкнуть его к са-моанализу. В разговоре я попыталась объяснить, что у меня совершенно нет свободного времени, и я полностью поглощена

учебой.

Я забыла вам сказать, что многие уже

просили моей руки. Среди них самым

серьезным претендентом был брат моей

сокурсницы. Я отказала ему под предло-гом, что дала обет перед Аллахом выйти

радоСтЬ

замуж только после того, как буду знать

Коран наизусть. Подруга отговаривала

меня, но я ответила ей, что это последний год нашей учебы в университете, а

3

значит и последний год для заучивания

Корана. Она промолчала, ибо возразить

было нечего…

По истечении учебного года закончилась и моя учеба. Я мечтала о работе

преподавателя в университете. Но, по соизволению Аллаха, я получила распре-деление в школу неподалеку от нашего

дома…

Активная деятельность, к которой я

так привыкла, и в школе не прекратилась.

Я составила расписание лекций, которые хотела предложить своим ученицам

для прослушивания. В этом расписании

я выделила время для самостоятельного

заучивания Корана… Все школьные дела

шли легко и радостно. Мы стали единой

семьей.

…Однажды вечером ко мне в гости

зашла моя коллега и напомнила мне, что

я обещала выйти замуж как только выучу

наизусть Коран.

– У тебя больше нет причины не вы-ходить замуж, – подытожила она.

И я согласилась. Все произошло так, как рекомендовано в Сунне: без больших

денежных затрат и роскошных вечери-нок с песнями и танцами…

…Настоящий мужчина! Какой характер! Соблюдает все предписания религии…

Даже не спрашивайте меня, как мы с ним

живем! Мы сблизились настолько легко, словно все эти годы ждали друг друга…

3

Он мне признался, что причиной его

неотступного желания увидеть меня своей невестой послужило мое твердое намерение выучить на память Коран…

Слава Аллаху, который озарил мою

душу: рассеялся мрак, застилавший сознание, и появилось стремление выучить

Коран наизусть! И хвала Аллаху, благословение Которого настигло меня прежде, чем стало поздно!

радоСтЬ

3

Возвращение

Отсутствие людей любимых

Наполнит горечью тебя.

Не раз повергнет ум в унынье, Тоскою сердце теребя.

Души исчезновенье… это,

Поистине, куда грустней:

Ведь ты едва ль готов уж к смерти, Едва ль готов к расчету дней.

3

аЩеНие

возвр

40

Душа моя изболелась… Я потеряла сознание… Это случилось не впервые. С того

самого дня, как вышла замуж два года назад, я испытываю постоянный психологичес-кий дискомфорт…

О моем женихе говорили, что он не-плохой человек, добрый, с хорошим харак-тером… И моя мама уговаривала:

– Доченька, твоя младшая сестра раньше тебя вышла замуж. Я думаю, что для тебя

это наилучший вариант: он состоятелен, из

знатного рода, у него хорошая профессия.

И ты могла бы повлиять на него, чтобы он

начал более серьезно относиться к религии и, что очень важно, начал соблюдать

Джама`а1 …

Блистательная внешность меня не интересовала: я спросила только о его рели-гиозности. Прочность его веры – вот что

по-настоящему заботило меня. Мне был

нужен добропорядочный муж, который помогал бы мне исполнять предписания моей

религии и совершать благие дела. Если он

полюбит меня, думала я, мы будем счастливы вместе. Если же нет – то сможем раз-вестись красиво: без скандалов и обид. Как

много печальных историй ходит о мужьях, обижающих своих жен, которым не хватает

терпения и веры!..

Я мечтала о том, чтобы мой муж будил

меня ночью для молитвы. Многие ночи я

провела в мольбах и слезах, прося у Аллаха

1 Джама`а – совместная молитва.

41

хорошего мужа, который помогал бы мне

исполнять все законы Милосердного, жить

в радостном послушании Ему. Я просила

в своих мольбах о муже, с которым я могла

бы идти вместе по пути Аллаха, следуя за

нашим Пророком (да благословит его Аллах и приветствует) и его сподвижниками.

Да, я грезила о муже, способном воспи-тать моих детей в духе Ислама. Мне всегда

представлялась картина, как я стою у двери своего дома и прощаюсь с мужем и сыном, уходящими в мечеть. В своих молитвах

я просила о счастье слышать из уст моего

мужа слова: «Сколько стихов из Корана ты

выучила сегодня?.. Сколько глав ты прочла?» В своих мечтах я стояла перед Каабой1

с сыном на руках и читала для него ду`а.

И в моем сердце созрело решение родить

как можно больше детей, ведь за это я получу

награждение… О, я выведу к свету того, кто

будет поклоняться Аллаху!.. Как много приятного рисовалось моему воображению…

Увы, мои ожидания не оправдались, муж мой не слишком ревностно относился

к своим обязанностям мусульманина.

…Я смирилась со своей долей и тер-аЩеНие

пела своего мужа ради Аллаха. Вначале он

просыпался на утреннюю молитву, но с те-чением дней лень одержала над ним верх.

возвр

– Что ты хочешь? Аллах – Всепрощаю-щий и Милосердный! Я помолюсь позднее.

1 Кааба – первый дом, построенный на земле для поклонения

42

Богу; находится в г. Мекке, Аравия.

Время еще есть, – таковым был его молние-носный ответ, когда я торопила его, чтобы

он не опоздал в мечеть на джама`а…

Но все же меня не покидало чувство, что, когда я настаиваю, мой муж меняет-ся к лучшему. По крайней мере, я на это

надеялась. Моей душе не давало покоя то, что он нашел себе новых ветреных друзей

(о которых слышала от него) и они могли

плохо повлиять на него. И я нашла более

надежный способ, чем просто давать советы. «Правда, почему бы мне не попытаться

познакомить мужа с серьезными молодыми людьми?» – размышляла я. – Муж моей

подруги – молодой врач, набожный человек».Моя подруга одобрила эту идею и с радостью выразила готовность помочь мне.

Ей не составило труда уговорить своего

мужа завести с нами знакомство…

…И вот они у нас в гостях! Мое сердце бьется от радости, и в голове стучит:

«да заронит Аллах, если Ему будет угодно, в сердце мужа моего зерно любви к мужу

моей подруги!!!»

…После немного долгого нашего с

подругой прощания у дверей я вернулась

в гостиную к мужу, в напряжении ожидая

от него впечатлений. Сидя с ним рядом, с

силой сжимая от волнения пальцы рук, я

прислушивалась к его словам и не верила

своим ушам: в его голосе не было ни капли

воодушевления, более того, он даже и не

43

вспомнил о своем обещании нанести им

ответный визит.

– Хм, муж твоей подруги – вежливый, добрый.., – это были единственные слова, которыми ограничился мой муж. На этом

все и закончилось…

Всеми способами я пыталась уговорить

мужа, чтобы он ходил молиться в мечеть.

После рождения нашего сына мои советы

становились все настойчивее, все тверже…

…Долгие одинокие ночи… Я плакала

от тоски, сидя дома с сыном на руках, а муж

развлекался в шумной компании друзей…

Все чаще я читала для моего мужа ду`а, прося Аллаха наставить его на прямой

путь. Просыпаясь ночью, он видел меня

молящейся. А по утрам, после ночей, про-веденных в мольбах, я с удовлетворением

отмечала, что мои долгие дневные молитвы

оказывали на него благотворное влияние.

И вот однажды муж попросил меня

собрать его вещи: он едет в командировку в другой город. Я не знала, было ли это

правдой. Уезжая в другой город, обычно он

даже не звонил нам. Но иногда случалось, что он все же звонил и давал номер своего

телефона в гостинице. Если он звонил, я, аЩеНие

по крайней мере, имела представление, где

он находится, однако чаще не ведала даже

возвр

и этого. Но, как и следует мусульманке, ста-ралась не думать о нем плохо.

Так же и на этот раз. Я буду читать для

него ду`а…

44

На второй день он позвонил и сообщил свой номер телефона. И я успокоилась. «Благодарю Тебя, о Аллах! Он здесь, в стране», – пронеслось в моей голове. Сле-дующие три дня от моего мужа не было вес-тей, но на четвертый день он позвонил. Его

голос был каким-то чужим и грустным.

– Что с тобой?

– Я приеду сегодня, если Аллаху будет

угодно.

В ту ночь, когда он вернулся, я так и не

смогла уснуть от его безутешного плача.

Я осторожно спросила его:

– Что случилось?

Мой муж продолжал плакать, как ребенок, и я начала плакать вместе с ним, даже

не подозревая, в чем кроется причина столь

сильных и глубоких слез, льющихся словно из глубины его сердца.

После довольно долгого молчания он

поднял на меня полные слез глаза и начал

рассказывать:

– Мой коллега по работе… тот, с которым мы вместе уехали в командировку…

Он и я жили в соседних комнатах, и нас

разделяла только стена… Поужинав вместе, мы долго разговаривали, смеялись и

нам совсем не хотелось спать. Затем вдвоем отправились бродить по ночному городу и смотрели на запретное. Убив таким

образом около двух часов, мы, усталые, вернулись в гостиницу и тепло распро-щались, взяв друг с друга обещание встре-45

титься утром, чтобы вместе отправиться

по делам.

Я спал крепко и молился поздно, около половины восьмого. А позднее позвонил другу, чтобы его разбудить. Он

не ответил. Я попробовал дозвониться

еще раз – может быть, он в ванной?

Выпив стакан свежего молока, которое принесли мне в номер, позвонил

снова. Никто не поднял трубку. Было уже

восемь часов, мы уже опаздывали. Тогда

я решил постучать ему в дверь. Однако и

на этот раз мне никто не ответил.

Я вызвал администратора: «Может

быть, он вышел?» Но мне ответили, что

мой товарищ должен быть у себя в номе-ре. Ситуация выглядела очень странной

и вызывала испуг.

Они принесли запасной ключ, и мы

попали в его комнату. Мой друг лежал

на кровати, словно спал. «Салих!» – позвал я его. Однако ответа не последова-ло. Подошел поближе и позвал громче, но он и не шелохнулся. Я увидел, что

Салих почему-то прикусил язык, и цвет

его кожи изменился. Я подошел побли-аЩеНие

же – о, ужас!

…В медицинском заключении ука-зали, что Салих умер ночью от инфар-возвр

кта миокарда. Куда делись его здоровье

и молодость? Еще вчера мы проводили

время вместе, он был здоров и ни на что

не жаловался…

4

Как внезапна смерть! Она подкрадыва-ется без всякого предупреждения, так неожиданно, что мы никогда не знаем, когда

она нас позовет. И я спросил себя: «Разве не

мог я быть на месте Салиха? Как я встречусь

с Аллахом? Где мои добрые дела? Что же я

сделал хорошего? – Абсолютно ничего!»

Я понял, что в моей жизни так много

упущено, что я не исполняю своих обязанностей перед Аллахом…

Мой муж помолчал и снова заплакал.

…Я благодарила Аллаха за то, что мой

муж наконец-то проснулся. Теперь моя

жизнь стала такой, о которой я так страст-но мечтала. И даже лучше!

…А мой супруг благодарил меня за труды, за помощь и терпение. Он сообщил, что в конце недели мы поедем в умру1 в

Мекку с тем, чтобы открыть чистую стра-ницу нашей жизни. Я почувствовала себя

очень счастливой, поскольку со дня свадьбы не была в Мекке.

…На восходе я отправилась в мечеть

«Аль-Харам». Обы


чно в это время года там


было мало людей. Аллах исполнил все мои

мечты…

Я стояла с сыном на руках перед Каабой, но не могла молиться, а только беззвучно

плакала от теснивших меня чувств, покуда

мои слезы не иссякли. Завтра, если соизволит Аллах, мы в последний раз обойдем

1 Умра – малое поломничество.

4

вокруг Каабы перед тем, как отбыть со свя-щенной земли.

После прощания с Каабой мы вернулись в гостиницу и поднялись к себе в номер, чтобы подготовиться к отъезду.

– Что это ты везешь с собой? – поинте-ресовалась я.

– Это книги по Исламу авторитетных

ученых: ибн аль-Кайима и ибн Раджаба.

И Коран, который теперь всегда будет со

мной в кармане. Моя любимая, это пред-вестники в будущую жизнь.

…Берясь за чемоданы, муж по памяти

читал Коран:

«Господи мой! Сделай меня посто-янным в исполнении молитвы и также

некоторых из моего потомства. Господи наш! Прости мне и моим родителям, и верующим в тот день, в который по-требуется отчет»1.

аЩеНие

возвр

4

1 Ибрахим: 40-41.

Мольба

Весь мир – куда ни обратишь свой взор –

Теряет свежесть и стареет.

Будь то звезда иль человек,

Лишь дань судьбе отдать успеет, Оставив свой безумный бег,

Угаснув, в краткий миг истлеет.

Потеряны, как выйдет срок,

Твое имущество и дети.

И неизменен только Бог,

Нетленен Он один на свете!

4

Вот уже прошло более семи лет со дня

моей свадьбы. Благодаря Аллаху все, что

я хотел от этой жизни, как мне кажется, я

получил… Я занимаюсь любимым делом, мой брак тоже вполне удачен… Однако

незаметно подкрался злейший враг семьи

– скука… У нас с женой нет детей. Быть

может, поэтому я начал испытывать чувство недовольства своей жизнью.

Я предпринял все возможное, чтобы

наш дом наполнился детским смехом. Мы

побывали у всех известных специалистов, ездили даже за границу. Когда мне говорили о каком-нибудь приезжем докторе, зани-мающемся вопросами бесплодия, я тотчас

же спешил к нему. Было сделано много

анализов и выпито много лекарств, – но все

напрасно…

…Все наши разговоры с женой – только о лечащем враче: что обнадеживающего

он сказал или предложил… Его прогноз

неопределенен: результатов следует ожидать лишь через год или, может быть, даже

два. В общем, ждать и ждать. А это так тяжело – пребывать в неизвестности. Одни врачи утверждают, что причина бездетности

– во мне. Другие же полагают, что ее следует искать в жене… И все же…

Наши дни проходили в неустанных

молЬБа

поисках выхода из этой ситуации. Мысль

о ребенке занимала меня всего, поглотила все мои чувства, порой мои терзания

доходили до крайних пределов. И хотя я

50

очень старался не выдавать своих пережи-ваний, жена, конечно же, все это ощущала

на себе…

Вопросов было много. Кто-то непременно спрашивал ее: почему она оттягива-ет время, почему не хочет рожать (как будто

это было в ее власти!), и кто-то обязательно

предлагал обратиться к известному врачу:

– Ты знаешь, она ходила к нему и уже родила, – сыпались со всех сторон советы.

Более всего донимали жену вопросами ее знакомые. Но никто из них, как ни

странно, не подсказал нам самого важно-го, самого необходимого – уповать прежде

всего на волю Аллаха и обратиться к Нему

с искренними мольбами. За семь лет безус-пешных усилий мы «запыхались», бегая по

врачам и совершенно забыв о мольбе!..

Прозрение пришло позже…

Однажды, намереваясь перейти дорогу, я заметил слепого… Бережно взяв его

за левую руку и почтительно поддерживая

за спину, я дошел с ним до середины дороги. Некоторое время мы простояли молча, ожидая, покуда не освободится полоса

движения. На противоположной стороне

он поблагодарил меня, пожелал здоровья и

благополучия. И я уже собрался было рас-прощаться, но старик не упустил случая, чтобы задать мне вопрос:

– Ты женат?

– Да.

– А у тебя есть дети?

51

– Аллах не дал мне детей.

– Сынок, и со мной так было. Но я начал

в каждой из своих обязательных молитв читать ду`а из Корана: «Господи, не остав-ляй меня одиноким, Ты ведь Лучший из

наследующих!»1 И, слава Аллаху, сейчас

у меня семеро детей. Не забывай, сынок, о мольбе!

Не было нужды повторять это дважды, мне и так уже все стало ясно. Я словно очнулся ото сна, и пелена спала с моих глаз.

Я вновь обрел некогда утраченное чувство гармонии с окружающим миром и с

самим собой.

Вернувшись домой, я поведал жене о

слепом старике и своем внезапном прозре-нии. В тот день мы долго разговаривали и

оба были сильно взволнованы. Со слезами

на глазах мы признались друг другу, что, к

сожалению, в своих помыслах отдалились

от Аллаха. «Мы испробовали и предприня-ли все, постучали в двери каждого врача, о

котором только слышали, – удивлялись мы

своей наивности. – Так почему же мы не

стучимся в двери Аллаха? Ведь эти двери

– самые широкие и самые близкие?!»

Моя жена припомнила, что одна пожи-лая женщина давала ей такой же совет еще

два года назад.

молЬБа

… – Тогда у нас было назначено слишком много визитов к врачам, – с виноватой

52

1 Пророки: 89.

улыбкой говорила она, как бы пытаясь этим

объяснить и оправдать наше упущение…

Мы еще продолжали встречаться с врачами, но уже без особого желания и излиш-них треволнений. Это превратилось в свое-образный ритуал нашей семейной жизни.

Однако мы искали теперь только конкрет-ное лечение, которое могло бы послужить

лишь возможной причиной счастливых

перемен…

С того дня я и моя жена обратили души

к Аллаху, в своих обязательных и ночных

молитвах прося Его услышать наши мольбы. Мы старались взывать к Аллаху именно

тогда, когда Он больше всего благоволит к

мольбам своих рабов. И наши надежды оправдались. Аллах распахнул для нас «двери

ответа» – моя жена забеременела, и у нас

родилась дочь.

На нас свалилось много радостных и

приятных хлопот. Наконец-то в нашем

доме поселилось долгожданное счастье.

И мы не устаем повторять: «Господи наш!

Даруй нам отраду очей в супругах наших и потомстве и сделай нас образцом

для богобоязненных!»1

1 Различение: 74.

53

В ожидании

праздника

Тогда как юноша ходил

По жизни легкими шагами, –

Довольный тем, к чему спешил

Он в этой жизни, и друзьями

Повсюду окруженный, слыл

Счастливчиком в расцвете сил, –

Как час назначенный пробил,

Печальный голос известил:

– О, отдых юноша забыл:

Как вор в ночи, прокрался вдруг

К нему мучительный недуг…

И некто говорил тогда:

– Померкла яркая звезда

В глубинах мозга самого,

аздНика

Объяла ночь без сна его.

День ото дня сильней страдал

И вскоре безнадежен стал, –

Так тихий голос говорил,

Что о больном в тот час скорбел…

аНии Пр

– Болезнь и бледность уж давно

Сокрыли цвет лица его.

И мрак ему глаза застлал, –

С тоскою некто вдруг сказал.

в оЖид

– Да отчего ж тускнеет свет, А сердце страх парализует?

И некто говорил в ответ:

– Ты душу не зови родную, –

54

Ее на этом свете нет!

Последние десять дней Рамадана1 начали свое прощальное шествие. Всего через несколько дней начнется праздник…

Ожидая своего давнего друга, я находился

в полном неведении насчет того, куда мы

пойдем на этот раз… Так уж у нас было за-ведено: прогулки по ночным улицам, база-рам и собраниям…

Когда я уселся рядом с моим лучшим

другом Абдуррахманом, он задал вопрос, несколько меня озадачивший:

– У тебя есть выходной костюм? Ведь

скоро праздник.

– Нет, – ответил я.

– Тогда, если ты не против, поехали к

портному прямо сейчас!..

Я кивнул ему и недоверчиво спросил:

«До праздника осталось всего несколько

дней. Где мы найдем портного, который

сумеет сшить костюм за такой короткий

срок?!»

Ему явно не понравился мой вопрос.

Промчавшись по улицам на приличной

скорости, Абдуррахман затормозил возле

какого-то дома. На громкий крик моего друга вышел портной и поздоровался с нами.

Выяснилось, что они старые приятели…

Абдуррахман пояснил: «Мы хотим радоваться празднику вместе со всеми и, конечно же, надеть новые костюмы». Портной рассмеялся и, похлопывая его по плечу, спросил:

1 Рамадан – девятый месяц исламского календаря, месяц ислам-55

ского поста.

– Сколько дней осталось? Почему же ты

не пришел ко мне раньше?

Многозначительно потрясая руку портного, Абдуррахман предложил:

– Мы заплатим больше, но чтобы –

к послезавтрашнему дню! – и тут же уточ-нил, когда он хотел бы забрать заказ.

Я же только следил за этими «трудными

переговорами». Мой друг заплатил задаток

и на прощанье подытожил: «Послезавтра.

Не забудь!»

…Приближался рассвет, а мы все еще

гуляли и развлекались… Ночь прошла, а

никто из нас так ни разу и не вспомнил об

Аллахе! Кто знает, может быть, это была

Ляйлят Аль-Кадр1?! Мы предавались грехам

и считали, что расплаты не будет…

Расстались на рассвете… Ночь, бессон-ница и игры объединяли нас. Встретимся

завтра опять, чтобы вместе гулять и весе-литься… По ночам мы бодрствовали, днем

же долгое время отсыпались…

аздНика

Долгий сон с утренней зари до предве-чернего времени… Пост без намаза… Слу-чайные молитвы, идущие не от сердца…

Время поста, длившееся с первых про-аНии Пр

блесков рассвета до последних лучей заката, тянулось как сутки. Я старался убить его, делая бесцельные звонки по телефону или

в оЖид

читая газеты и журналы.

1 Ляйлят Аль-Кадр – Ночь Могущества, отмечаемая ежегодно в

5

последние дни Рамадана, во время которой к Пророку пришло

первое откровение Корана.

Я ждал по обыкновению время разгове-нья, как вдруг ленивую тишину моего дома

растревожил телефонный звонок, и в трубке зазвучал взволнованный голос одного из

моих приятелей.

– Ты еще не знаешь, что Абдуррахман

болен? – спросил приятель.

– Не может быть, – удивленно ответил

я. – Еще вчера вечером он был абсолютно

здоров!

– Но он все же занемог, - подвел черту в

разговоре мой приятель.

Я не придал значения его словам, по-считав, что он ошибся.

Как только прозвучал азан к ночной

молитве, моментально зазвонил телефон.

Я снял трубку. Это был старший брат Абдуррахмана. Я подумал: «Что ему нужно?

Может быть, он будет ругать меня за наши

прогулки? Или кто-нибудь рассказал ему

об одной из наших проделок или о ночных приключениях?» Но вместо этого его

казавшийся бессвязным, прерывающийся

всхлипываниями голос сообщил: «Абдуррахман умер!»

Я замер от неожиданности, не веря своим ушам. Я будто все еще видел своего друга, а его голос эхом звучал в моих ушах.

– Как умер? – по инерции задал я вопрос.– Попал в аварию, когда возвращался

домой. Его забрала карета скорой помощи.

5

Оказывается, Абдуррахман умер в больнице еще днем.

Мое сердце отказывалось поверить, снова и снова передо мной вставал его образ.Да ведь мы сегодня должны пойти на

базар, а завтра – к портному забирать праз-дничные костюмы, – проносилось в моей

голове. Но голос в трубке отогнал воспоминания, встряхнул мои мысли и сорвал

пелену с моих глаз: «Завтра состоятся по-хороны с погребальной молитвой. Пожалуйста, сообщи его друзьям». Брат Абдуррахмана положил трубку, и я осознал, что

это правда.

Земной путь моего друга закончился, дни его истекли. И я убедился в том, что

все это действительно произошло, и что

смерть – это момент истины, и что мы и

в самом деле встретимся завтра, но не у

его приятеля портного, а на кладбище.

И вместо праздничного костюма на нем

аздНика

будет саван…

Я словно прирос к месту. Кружилась

голова, мысли были рассеянными. Как-то само собой во мне родилось решение

аНии Пр

съездить в дом Абдуррахмана и выяснить

обстоятельства катастрофы.

Сев в машину, я вытащил из магнито-в оЖид

фона кассету с песнями. В воздухе разлил-ся сильный голос имама мечети аль-Харам, читавшего Коран по радио. Я внимательно вслушивался в размеренное чтение, и

5

в то мгновение мне казалось, что земля

разверзлась, наступил День Суда, и люди

восстали.

Заглушив мотор, я весь превратился во

внимание, словно впервые в жизни слушал

Коран. И когда имам перешел к чтению

ду`а, слезы катились по моим щекам быстрее, чем тек голос имама. Рука потянулась

к глазам, пытаясь сдержать их поток, но

сердце не хотело успокаиваться. И слезы

омыли мою душу. И пред лицом Господа я

заявил о своем искреннем покаянии и возвращении на Его прямой путь…

Я задумался: а с кем я дружу, провожу

время? Те, кого я раньше ненавидел, пре-вратились в моих самых любимых друзей.

Те, в чей адрес я нередко отпускал критические замечания, стали в моих глазах са-мыми возвышенными людьми. И те, над

кем я раньше посмеивался, теперь облада-ли святостью для меня…

…Я стоял на самом краю осыпающейся прибрежной скалы, над пропастью, но Аллах проявил ко мне Свою милость.

Спустя некоторое время душа успокоилась

и в нее вселилась доселе незнакомая мне

радость. Сердце наполнилось восторгом, а глаза излучали спокойствие и достоин-ство.Мое появление у портного было довольно неожиданным. Я попросил принести свой костюм. Но он перевел разговор на Абдуррахмана.

5

– Почему же с тобой нет Абдуррахмана? – спросил он.

– …Он умер, – просто ответил я.

Портной не поверил и снова назвал

его имя. Я же опять повторил:

– Абдуррахман умер.

Он недоверчиво принялся расспрашивать: на машине какой марки он ездит, какая у него манера разговаривать и прочее.

И я ему опять ответил:

– Да, да, именно он умер!!

Портной показал мне его костюм, и

меня волной захлестнули воспоминания.

«Неужели он в самом деле умер? Ведь его

костюм готов и лежит рядом с моим кос-тюмом». Но у меня еще остается шанс на

будущую жизнь, и, может быть, я успею

исправить то, что было упущено мной

раньше. И я вновь воздал хвалу Аллаху за

свое покаяние и возвращение, покорность

и здравомыслие… Но там, в прошлом, у

меня остался брат. На его глазах – завеса

аздНика

невежества, а сердце его покрыто ржавчи-ной грехов! Разве я его брошу?.. И я по-обещал себе, что не брошу его. Впереди

у него – огонь, страх, трудности и муче-аНии Пр

ния. Нет, не брошу я его после того, как

Всевышний Аллах наставил меня на путь

истинный…

в оЖид

Вот книга и вот кассета… я подарю их

ему, и между нами состоится искренний и

задушевный разговор…

0

Однажды

цифры

рассказали

– О милый юноша, дающий обещанье

Прийти к Аллаху завтра с покаяньем!

Придет ли утро завтрашнего дня

И новый день запомнит ли тебя?

И не твоя ли жизнь земная –

Уж дней конечное число,

Что срок сегодня завершая,

Последним утром стать должно?

1

Мой собеседник признает исключительно язык цифр. Задай ему вопрос –

и первым делом услышишь математичес-кие выкладки.

Ночь перед отъездом выдалась холод-ной и необычайно тихой. Весь мир, казалось, утомился и затих.

Неожиданно мой собеседник задал

вопрос: «Позволь тебя спросить, сколько

ты ежегодно жертвуешь из своего дохода?».

Меня поразил этот вопрос, так странно

прозвучавший после затянувшегося молчания. Прежде чем ответить, я спросил: «Почему ты интересуешься, если тебе известно, что скрывать сумму пожертвований намного предпочтительнее, чем обнаруживать

ее? Как сказал пророк (да благословит его

Аллах и приветствует): «Семь категорий

людей Аллах (велик Он, Ему принадлежит

вся слава) укроет в тени в тот день, когда не будет никакой другой тени, кроме

ТЕНИ ЕГО…» К одной из них относится «скрывающий свои пожертвования, левая рука которого не знает о том, что

делает правая…» Но мой собеседник продолжал настаивать, и я растерялся. Что я мог

ответить на этот вопрос? Действительно, сколько раз в год я делаю пожертвования?

Этот вопрос мог разрешиться только к концу года. Он заметил мое замешательство.

– Давай я сформулирую вопрос иначе, чтобы тебе было понятнее. Прошло уже

около двух недель с начала месяца. Сколько

3

же ты потратил денег за это время на бла-годеяния?

Я ответил ему сразу и без раздумий:

– Абсолютно ничего не потратил.

Собеседник мой закивал головой, будто

он ожидал такой ответ, и опять заговорил

языком цифр. Моментально подсчитав, он

сообщил: «Да ты не жертвуешь и финика в

день! Когда ты видишь нуждающегося, ты

ничего не жертвуешь? Наверно, так?» Я утвердительно закивал головой.

– Ты предпринимал попытку их найти?

Я имею в виду не только бедных и нищих, но и твоих родственников и соседей.

– Нет, никого я не искал: ни среди соседей, ни среди родственников, - ответил я.

– Допустим, ты ежедневно жертвуешь один риял1. Значит за год накопится

365 риялов. Сумма, естественно, небольшая,

– и он выжидательно взглянул на меня.

ССказали

– Да, это так, – согласился я. Уверенно

ра

подтверждая это, я осознавал тем не менее, что не жертвую такую сумму даже за год, хотя она и не слишком велика.

Мой собеседник продолжил:

– Благотворительность – весьма обшир-ная сфера исполнения предписаний нашей

религии. Она охватывает и денежную помощь бедным, и предоставление одежды

одНаЖдЫ ЦиФрЫ

раздетым, и пищи голодным, и обучение

неграмотных, и спасение нуждающихся.

1 Риял – денежная единица Саудовской Аравии, равная 20 кершам

4

(курушам) или 100 халялям.

Аллах дал тебе деньги, заработок – больше трех тысяч риялов. Так чем же ты помог

Исламу и мусульманам? Может быть, ты купил книги для своих собратьев? Или же ты

хоть немного участвовал в строительстве

мечети? Скольким бедным ты помог?..

Добрые дела необъятны и столь же раз-нообразны, но, как ты видишь, мы украли

у себя возможность их творить, а значит

и вознаграждения за них!!! Почему бы, на-пример, тебе не выделять ежемесячно какую-нибудь определенную сумму, которую

ты бы мог потратить на добрые дела. Тем

более, что в жизни от многого можно отказаться или расстаться с чем-то совершенно

безболезненно и без ущерба, скажем, для

здоровья.

Теперь давай займемся арифметикой.

Если бы ты отказался только от одного ста-кана йогурта в день, ты бы сэкономил один

риял, которого хватит для того, чтобы на-кормить скромную мусульманскую семью, не видевшую еду день или два. А если бы

ты сэкономил на лишней одежде, которую

ты привык покупать каждый год, то это составило бы почти сто пятьдесят риялов.

И этого оказалось бы достаточно, чтобы

купить много книг об Исламе и раздать их

в школах.

Твоя жена… Если бы она сильно желала получить в награду то, что есть у Аллаха, и жертвовала бы стоимость одного ее

платья: ведь это целых 150 риялов в год! Да

5

этого хватило бы на трансляцию двадцати-минутной исламской радиопередачи в таких странах, где ведется безжалостная идео-логическая война против мусульман…

Посмотри, как поступила твоя жена! Да

оденет ее Аллах в одеяние спокойствия в

дни страха! И да превратит то, от чего она

отказалась ради Него в своей жизни в за-щиту от Ада в Судный День!

Брат мой, возьмем, к примеру, твой дом, увешанный и уставленный изысканными

предметами роскоши. Откажись от какой-нибудь вещи – и ты сэкономишь около

500 риялов. За эти деньги ты бы мог взять

на себя расходы по обучению Корану трех

учеников в течение одного года.

Аллаху Акбар! Ты видишь?!

Аллах дал блага в твои руки, не отнимая

у тебя возможности пройти жизнь дорогой доброты. Он приумножит и сложит то, ССказали

что ты пожертвуешь. Искреннее ду`а для

ра

тебя поднимется в небо от самого сердца

мусульманского ребенка, который изучил

Коран благодаря твоей помощи… Почему

твой сын не участвует в благотворительных

делах? Если бы ты подсказал ему, что, отдав даже лишь одну игрушку, он поможет

делу поддержки Ислама, как приятно было

бы тебе увидеть на его лице радость, ведь

одНаЖдЫ ЦиФрЫ

он – сын Ислама. Его 35 риялов ты можешь

отдать на развитие исламского журнала, который высоко держит лозунг единобожия, борется против нововведений и изоблича-


ет формы поклонения или ритуалы, являющиеся проявлением язычества. Этих денег

хватит на год. Твоя небольшая поддержка

поможет журналу продержаться на плаву, а

ты и окружающие получите из него полез-ные знания.

Да поднимет Аллах твоего сына на Эллеин!1

И когда мой собеседник воспарил со

мной на такие высоты богобоязненности и

благочестия, он с воодушевлением произнес: «Видишь, ведь это не сказывается ни на

твоем жилье, ни на питании, ни на твоем

гардеробе». И поразив меня в самое сердце, добавил: «Клянусь Аллахом, я видел

многих в поисках всего лишь куска хлеба!

А ведь того, что у тебя остается лишним от

ежедневного обеда, хватило бы для бедной

семьи на целую неделю».

Плачут глаза от беды твоей,

О умма2 моя!

Оплакивать будем доколе тебя, О умма моя?!

Мы немного помолчали. Я боролся со

слезами смущения, переполнившими мои

глаза.

Мой собеседник растроганным голосом

произнес: «Сколько бедных ты накормишь, скольким нуждающимся поможешь, сколько раз ты постучишь в двери доброты и

1 Эллеин – высокая степень в Раю.

2 Умма – мировое мусульманское сообщество. Принадлежность к

умме определяется принятием Ислама любым человеком.


сколько награды за это приобретешь!..»

– Если ты внимательнее посмотришь, то увидишь, что это только вершина огромного айсберга. Так, если бы благосо-стоятельный мусульманин, собирающийся

в турпоездку, отказался от нее и пожерт-вовал ее стоимость, – то он смог бы обеспечить пропитанием и одеждой целый

мусульманский поселок, или даже два, в течение целого года!..

И собеседник мой в сердцах махнул рукой:– Представь себе, сколько еще можно

найти подобных примеров.

И он оставил меня наедине с языком

цифр. В моих ушах звучал стон мусульманских детей: «Где вы, мусульмане? Почему

вы покинули нас?»

Воображение мне живо рисовало, кому

и как я сумел бы помочь: больным, голо-ССказали

дным, сиротам… Как же я мог оставаться

ра

равнодушен к их мольбам доселе? Как я

был слеп и глух до этого дня, пока не встретил благородного мусульманина, так ярко и

убедительно говорившего языком цифр?!

одНаЖдЫ ЦиФрЫ


слезы радости

Òâîèõ ïîñòóïêîâ ïðÿìîòà

Âîñõîäèò ê æèçíåííîé ìîðàëè.

Ìîðàëüþ äóøó èñöåëè:

Çëî – êîðåíü âñåõ çåìíûõ ïå÷àëåé, Íî îò âîçäåéñòâèÿ äîáðà

Äóøà ñïîêîéíà è ÷èñòà.

ä


å

Í

ó

ï

î

è

ò

ñ

÷


,

û

á

î

ò

à

ë

å

â

â


Â ãååííó äóøó ñèëà çëà.


Комната до отказа заполнена гостями.

Я смотрю на своих подруг и родственников.

Все здороваются и поздравляют меня, же-лают счастья, успехов и хороших детей…

А потом я осталась одна в ожидании моего жениха. По щекам скатывались крупные

слезинки. Я вспомнила, как мама пожелала

мне хорошего, добропорядочного мужа.

Все – будто бы во сне…

Нахлынувшие воспоминания перенесли меня на несколько лет назад, в утро того

дня.– Где мама, куда она ушла?

Казалась, мой голос вот-вот оборвется…

Мне было пять лет… Я вновь спросила:

– Где мама?

В ответ – только слезы. Но кто-то сла-бым голосом, всхлипывая, сказал: «ушла в

Рай, инша`Аллах1».

В тот день я не поняла, кто оплакивал

утрату: я с моим трехлетним братом или ос-тальные, собравшиеся в доме. Я взяла брата за руку, и мы отправились искать маму.

Наши ноги устали от ходьбы туда-сюда. Мы

поднялись на второй этаж, постучали во все

комнаты и спустились на кухню. Мой брат

адоСти

и я искали маму до изнеможения, но так и

не нашли её. Вот тогда я и убедилась, что

мамы дома нет. Я обняла брата и заплакала.

СлезЫ р

От усталости мы уснули, но через час или

два продолжили наши поиски.

1

0

Инша’Аллах – если соизволит Аллах.

Среди большого числа женщин в доме

мамы не было. До этого дня мама была повсюду, куда ни глянь – везде звучал её голос.

Куда же она исчезла сейчас?

После долгих поисков меня вдруг пронзила радостная мысль: она под деревом!

Мама любила бывать там. Мы бежали так

быстро, что братик упал. Но… под деревом

никого не оказалось. Я тщательно осмотрела все вокруг дерева: никого нет, только

примятая трава. Где мама?

Внезапно я услышала голоса и увидела, как мужчины заволновались, начали торопить друг друга. Я внимательно прислушивалась и еще внимательней всматривалась в

происходящее. Прошло несколько суетли-вых мгновений. И мимо нас прошли люди, несущие что-то на своих плечах. Мой брат

спросил: «Что это?» И я наивно по-детски

ответила, что, судя по тому, как много людей несет, вероятно, это что-то тяжелое.

Если бы я знала, что несли мою маму! Я бы

её держала и никогда не отпустила!

Мужчины исчезли из виду, голоса стих-ли, и воцарилась торжественная тишина.

Мы с братом уселись по обыкновению иг-рать под деревом со спокойной душой, как

бывало в те безмятежные минуты покоя и

детского счастья, когда мама находилась рядом. Впервые в жизни нам было позволено

ходить босиком. Хотелось пить, но не было

воды. Наконец, появилась одна из родственниц и увела нас домой.

1

Утром следующего дня я собрала все

свои детские силы и мужество, чтобы уте-шить плачущего брата: «Мама скоро вернется… вернется… вернется!»…

Когда мы громко расплакались, к нам

подбежала бабушка и обняла нас. До сих

пор я ощущаю на себе её слезы, падающие

на мою голову. А когда я целую чью-то

мать, то вспоминаю запах своей матери.

Припоминаю, как однажды мама сильно рассердилась и пригрозила мне: «Я уйду

и не вернусь!» Не забуду тот день, когда мы

навестили её в больнице. Я стояла рядом с

её кроватью. Отец приподнял меня и сказал: «Посмотри, вот Фатима». Она подняла

и поцеловала меня, а затем и моего брата.

Каждый день во мне эхом раздаются её

последние слова: «Вручаю вас Аллаху, у которого ничто и никто не теряется». Мама

заплакала и закрыла лицо руками. Нас, пла-чущих, вывели из её комнаты…

…И началось наше странствие. Я ушла

из дома, где тихо и счастливо жила с отцом, мамой и братом. Мама ушла, и мы ушли…

Только через пять лет мы с братом вернулись в родное гнездо из бабушкиного

адоСти

дома.

Того, чье отсутствие вызвала смерть, Не стоит желать возвращения

СлезЫ р

В тот день, когда путники издалека

Вернутся в родные стены.

2

В нашем доме появилась какая-то женщина. «Это Асма, поздоровайтесь с ней», –

говорит отцовский голос… Она, конечно, не моя мама, но все-таки хорошая жена для

моего отца. Эта женщина дала нам подоба-ющее воспитание. Она пристально следила

за тем, чтобы я хорошо училась. Асма под-талкивала меня к изучению Корана, под-бирала мне хороших подруг, всегда стара-лась исполнить наши желания. И хотя мы

часто ее сердили, оставалась терпеливой к

нам, мудрой женщиной. Ни одна минута её

жизни не проходила в безделье. В любом

разговоре она часто вспоминала Аллаха.

Она воспитывала нас по законам религии, гармонично и тонко совмещая их с нашей

жизнью. Её доброта и ум заполнили пустоту

в наших душах.

Я как-то сказала ей, что она отличается

от всех остальных мачех:

– Ты не ведешь себя, как деспот. – И она

мне ответила:

– Я боюсь Аллаха и нуждаюсь в Его

вознаграждении. Не удивляйся, я отвечаю

за вас перед Ним. Ведь даже когда я расче-сываю твои волосы, я ожидаю от Аллаха

награды. Сколько сур из Корана ты знаешь

наизусть? Ты думаешь, Аллах меня за это

не вознаградит? И за твое воспитание я также жду награды. Все, что я сделала в своей

жизни, – ради Аллаха. Как человек ожидает

награды за ибада (поклонение), так и в общении с людьми он должен помнить о Нем.

3

Дочь моя, от мусульманина повсюду и во

всем требуется хорошее поведение.

Я, прервав ее речь, воскликнула:

– Мы же мучаем тебя?!

– Фатима, в каждом деле встречаются

свои трудности, и ради Рая приходится жертвовать. Ты же знаешь, что пост и паломничество сопровождаются большими трудно-стями. И Великий Аллах говорит в Коране:

«Кто сделает на вес пылинки добра – получит его. И кто сделает на вес пылинки

зла – получит его»1. Несправедливость мачех, которая часто встречается, будет нака-зана. В чем виноваты дети-сироты?

Задыхаясь от волнения, я сказала ей:

– Это ду`а моей матери, я ощущаю его в

твоем поведении, в общении с нами. У Аллаха ничего не теряется…

…Внезапно вошла мачеха, поздоровалась и поздравила меня. Я поцеловала её

в лоб, понимая, что обязана ей большим.

Она – идеальная мусульманская женщина.

Прощаясь со мной, со слезами на глазах

она сказала:

– Фатима, не забывай, что ты должна совершать каждый свой поступок ради Алла-адоСти

ха! – И с улыбкой добавила: – Ты же знаешь

хадис пророка (да благословит его Аллах и

приветствует), в котором говорится: «Если

СлезЫ р

женщина молилась пять раз в день, соб-людала пост в месяц Рамадан, сохрани-1

4

Землетрясение: 7-8.

ла свою честь и выполняла требования

своего мужа, ей скажут: «Войди в Рай

через любую дверь, которую ты пожелаешь!» Теперь пришло время доказать это

на деле.

И мне подумалось: замечательно, что

отец не ошибся и выбрал в жены благочес-тивую женщину – женщину, которая боится Аллаха.

5

На чуЖБиНе

на чужбине

О брат мой по Исламу! Всякий раз, Как произносится Аллаха имя

И слышится зовущий на намаз

У минаретов звук азана дивный, В каком бы городе тебя он не настиг, Ты лень гони, что охлаждает пыл.

Ведь кто в мечеть дорогу позабыл, Тот дух Ислама вовсе не постиг.

В нашем доме поселилась отчужден-ность. И я постоянно пытаюсь от нее

убежать. Вот и сегодня я испытала облегчение, когда мы с сыном выбрались из

дома, чтобы погулять в парке.

Расположившись на скамейке, я бесе-дую со своей соседкой. На ее очередной

вопрос поспешно отвечаю: «Мы – мусульмане». Опасаясь дальнейших расспросов, вся напрягаюсь и внутренне сжимаюсь.

Мы чужие в этом городе. Ни с кем

из соотечественников мы не общаемся, наши пути, видимо, никогда не пересе-каются. Знаем только, что недалеко есть

мечеть. Проходя мимо, мы видим ее минарет, но никогда не заходим, даже в

праздники. Живем жизнью европейцев, наших соседей-немусульман, и даже их

праздники стали нашими.

Да, мы только именуем себя мусульманами. Ни молитвы, ни поклонения нет

в нашем доме. Нет ничего, что указыва-ло бы на нашу принадлежность к Исламу. Только молельный коврик на стене.

Но он со временем износился, и недавно

муж выбросил и его.

Как мы живем? Мой муж – порядочный и деловой человек. Учится и рабо-тает одновременно. Очень любит свою

На чуЖБиНе

работу и серьезно относится к учебе.

Так уж повелось, что в нашем доме

царит недобрая атмосфера. Главное, за

что ратует мой муж, – пунктуальность.

Он не любит терять ни минуты понап-расну.

А мой сын?.. Он ничего не знает об Исламе, хотя его и зовут Сейфуль-Ислам1. Не

знает даже слов шахады… «Кто твой Бог?

Какая у тебя вера? Кто твой пророк?» – эти

простые, но необычайно важные и принци-пиальные для мусульманина вопросы никогда не звучали в нашем доме.

Мы перевели сына из исламской школы

в светскую. Теперь он учится в одной школе с детьми наших соседей. Наш ребенок

изучает английский язык. И хотя он еще

очень мал, самостоятельно просматривает

видеокассеты и гуляет на улице…

Наши связи с окружающим миром не-прочны. Изредка мы звоним в свой родной

город. Иногда звонят нам, чтобы сообщить

о смерти или о свадьбе одного из наших

родственников.

Я взвалила на свои плечи практически

все хозяйственные заботы: покупки, оп-лату коммунальных услуг, работу по дому.

И хотя здесь мы живем в достатке и ни в чем

себе не отказываем, мне все равно хочется вернуться на Родину. Всего-то и радос-тей – это сын и надежда на возвращение.

Они скрашивают мою жизнь на чужбине…

Недавно позвонил мой свекор и пригласил нас погостить у него этим летом. Этот

звонок меня несказанно обрадовал. Но муж

не разделил моего восторга, сухо отрезав: 1

Сейфуль-Ислам – дословно: «меч Ислама».

– Ладно. Они приедут одни. У меня и

без этого забот хватает.

По окончании разговора он некоторое

время помолчал, а затем произнес:

– Мой отец настаивает, чтобы я тоже

приехал. Но я не могу. Слишком много времени будет потеряно.

– Но ведь уже два года прошло с тех пор, как мы покинули дом, – попыталась я ему

возразить, но муж оставался непреклонен.

И я поняла всю бесполезность попыток

изменить его мнение, и стала готовиться к

отъезду. Мне не составило труда уложить

необходимые вещи. И вот на руках у меня

билеты до столицы, где мы с сынишкой за-держимся на три дня, чтобы купить подарки для родственников.

Мой сын был совершенно счастлив от

предстоящей поездки. В дороге я рассказывала ему о нашем родном городе и назы-вала имена родственников и друзей, которых намеревалась навестить. И как только

мы оказались в столице, малыш немедленно стал донимать меня вопросом: когда же

мы, наконец, пойдем в гости? Только после

долгих уговоров он согласился не торопить

события и подождать, пока мы приедем на

Родину.

Столица напоминала мой родной го-На чуЖБиНе

род: повсюду встречались арабские турис-ты в национальных одеждах. Я оказалась в

кругу земляков, родственных душ, и радовалась, будто уже оказалась на Родине. Прой-0

дет еще каких-нибудь два дня – и я ступлю

на родную землю.

Наступил последний день нашего пребывания в столице. Все покупки были уже

сделаны. Мы с сыном решили пройтись по

парку. Вокруг нас степенно гуляли голуби

и семенили утки, переваливаясь на своих

коротких ножках, выпрашивая угощение.

В парке было много взрослых и детей. Мой

сын скармливал уткам остатки пищи, надеясь, что птицы подойдут поближе. На

какую-то минуту я потеряла его из виду, и

когда снова отыскала его взглядом, он уже

разговаривал с каким-то мальчиком. Дети

быстро знакомятся.

Я подозвала сына к себе. Вместе с ним

ко мне подошла мать его нового друга. Она

поздоровалась и завела со мной разговор.

– Вы, наверное, туристка, как и я? – задала вопрос моя новая знакомая.

– Нет, мы тут проездом, – ответила я, ра-дуясь возможности хоть с кем-нибудь здесь

пообщаться.

Слово за слово, мы разговорились.

И когда я уже подумывала проститься, новая знакомая пригласила меня на чай.

На аккуратной зеленой лужайке ее семья

пила чай. Моя новая знакомая представила

меня своим родственникам. За столом сидели ее мать, сестра и невестка. «Маша`Аллах!1

Здесь целая семья», – отметила я про себя.

1 Маша’Аллах – по соизволению Аллаха; слова, произносимые

человеком для того, чтобы уберечь от сглаза объект похвалы.

1

Мы уже оживленно беседовали, когда к

столу подошел опиравшийся на палку се-дой мужчина, и моя приятельница с улыбкой объявила: «А вот и наш отец». Пожилой

человек поздоровался со всеми и горько

произнес: «Не слышно здесь ни азана1, ни

икамы2». Он приготовился совершать молитву и подозвал своего внука – нового

приятеля моего сына. Мальчик постелил

перед собой коврик и встал рядом с дедом, произнося «Аллаху акбар!» Было ясно, что

для ребенка это было самым обычным делом. А мой сынишка подбежал ко мне и не-доуменно следил за молящимися. Когда дед

и внук сделали поясной, а затем и земной

поклон, Сейфуль-Ислам радостно воскликнул: «Они молятся, как папа Абдуль-Азиз!»

Мать и бабушка наших новых друзей с

удовлетворением протянули:

– Так твоего отца зовут Абдуль-Азиз?

Я опустила глаза и прижала сына к себе, затаив дыхание.

«Ах, какое это огромное преступление

в отношении тебя, сынок!» – произнесла я

про себя, предчувствуя, что не в силах сказать правду.

Женщина, подумав, что я не расслыша-ла, еще раз повторила свой вопрос. Я кив-нула головой в знак согласия и покраснела

На чуЖБиНе

от стыда.

Боже мой! Что со мной происходит?

Словно смерч пронесся в моей душе. Ведь

1

2

Азан – призыв к молитве, совершаемый с минарета мечети (или

в группе верующих, готовящихся к молитве).

2 Икама – объявление о начале молитвы.

Сейфуль-Ислам никогда не видел своего

отца молящимся, а Абдуль-Азиз – это его

дед, отец моего мужа…

Я не могла избавиться от мысли, что все

почувствовали мою ложь, и поспешила уйти.

Внутри меня звучало, не умолкая: «Он никогда не видел своего отца молящимся!»

Мне казалось, что эта седая женщина

повторяет за мной: «Нет, он никогда не видел

своего отца молящимся! Абдуль-Азиз – это

его дед!»

Когда мы вернулись в гостиницу, я сделала омовение и помолилась. С этого момента

мое возвращение домой утратило свое пре-жнее значение; восторг и радость от пред-вкушения встречи с Родиной поблекли. А на

следующий день поздно вечером в отцовс-ком доме у меня состоялся очень важный разговор с сестрой. Я долго плакала, повествуя

ей о том, что случилось со мной на чужбине.

Слезы душили меня и не давали говорить. Тяжело вздохнув, сестра крепко прижала меня к

своей груди и сказала: «Все мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся!» Затем она поймала за руку моего сына. Гладя

его по голове, она произнесла: «Договор, который между нами и ими – молитва.

Тот, кто отказывается от нее – не верит!»

И, обернувшись ко мне, пояснила: «Это хадис

нашего пророка Мухаммада (да благословит

его Аллах и приветствует). Ты согласна быть

неверующей?.. Согласна ли ты иметь неверу-ющего мужа?.. Согласна ли ты?»…

3

Тому, у кого

есть сердце

«Поистине, в этом – напоминание

тому, у кого есть сердце (тому, кто

разумно и правильно рассуждает), или

тому, кто обращает внимание на то, что слышит»1.

тому, у коГо еСтЬ СердЦе

4

1 Каф: 37.

Я вспоминаю свое детство. Случилось

так, что из-за сильной простуды я неделю

пролежал в больнице. Когда меня выписы-вали домой, врач объяснил моему отцу, что

сейчас я здоров, но в будущем могут ска-заться последствия этой болезни…

Прошло много лет. Я стал юношей, а

затем и отцом. Постепенно я начал заме-чать, что иногда даже малейшее усилие

вызывает у меня легкое утомление или усталость. Я прошел общее обследование, которое показало, что у меня слабость кла-панов сердца и необходима операция на

сердце. Это явилось следствием той давней

простуды, – она-то и вызвала развитие рев-матизма сердца. Я пытался уговорить врача

обойтись консервативным лечением или

дать мне шанс поправить здоровье в каком-нибудь санатории (что, вероятно, избавило

бы меня от операции). Но он мне возразил

и сказал, что операция необходима, пусть

даже и спустя несколько месяцев. «Ты сам

вскоре в этом убедишься», – серьезно добавил он…

Увы, через несколько месяцев пришлось признать правоту его предостереже-ний. Усталость появлялась без видимых на

то причин, и следы утомления тенью легли

на моём лице. Я поневоле должен был со-гласиться с заключением врача и лечь под

нож хирурга. Теперь уже ничего не оставалось, как положиться на судьбу, уготован-ную мне Аллахом.

5

После изнурительных процедур обще-го обследования мне, наконец, назначили

время операции. Я лег в больницу за день

до операции.

Первый день. Ко мне пришли родствен-ники. В душе я оставался спокоен, и тре-вожные мысли не смущали мой разум. Более часа я общался с хирургом, которому

предстояло меня оперировать…

В ночь перед операцией я хорошо вы-спался и вообще ни о чем не думал.

Второй день. Утренний азан разбудил

меня. Я поймал себя на том, что прислуши-ваюсь к нему. Эхо азана отозвалось во мне, задев струны души. С этого момента волнение начало овладевать мною, необъяс-нимые чувства зашевелились и нарушили

безмятежный покой моей души…

Я не понимал, что со мной происходит.

Конечно, операция очень сложная…

– А вдруг это последний день в моей

жизни?

«Может быть, это последний азан, который ты слышишь в своей жизни?» – говорили голоса во мне.

Волнение бросило меня в дрожь.

Где ты был до этого? От горького раскаяния слезы полились из моих глаз. Вся

жизнь прошла как сон… Как близок я от

тому, у коГо еСтЬ СердЦе

смерти? Вероятно, сама смерть приблизи-лась ко мне.

Когда я приподнял голову, то возле себя

увидел медбрата.

– Что с вами?

Я ничего ему не ответил. У меня не нашлось ответа. Медбрат заметил мое глубо-кое волнение. Возможно, он ожидал это, так как в руках держал шприц со снотвор-ным… И я протянул свою руку без сопро-тивления. Я знал, что так же безропотно

отдам свое сердце хирургу. Я подчинился

воле Аллаха…

Грудную клетку вскроют и мое сердце

перестанет сокращаться, пока меня будут

оперировать… а после операции через

мое сердце пропустят электрический ток, чтобы оно снова начало биться. А вдруг

сердце не ответит на этот стимул? Повторят всё ещё раз… И затем меня вынесут в

гробу…

Осознание всего этого заставило меня

серьезно задуматься, посмотреть на эту

жизнь по-иному. Как мог я так легкомыс-ленно растрачивать все эти годы?

Очнувшись от наркоза, когда все уже

было позади, я узнал, что хирург опериро-вал моё сердце целых восемь часов без пе-рерыва. Я возблагодарил Аллаха за то, что

моё сердце вновь забилось после электри-ческого шока, причем с первого раза…

Теперь же, после выписки из больницы, я дорожу каждым прожитым днем: анализирую, что сделано и что упущено.

Я припоминаю те мгновения, когда слезы

градом катились из моих глаз, когда я ощущал дыхание смерти за своей спиной, и

вопрос, неотступно звучащий ко мне: «Как

я встречусь с Аллахом? С чем?»…

Когда я возвращаюсь в мыслях к этому

моменту, то всё больше стремлюсь всеце-ло подчиниться воле Аллаха и ощущаю, как приближаюсь к Нему. Когда сомнения

и лень овладевают моей душой, я вспоминаю пережитые мгновения страха и смущения и благодарю Аллаха за то, что вернулся к жизни.

тому, у коГо еСтЬ СердЦе

Открытая

дверь

И когда почернело сердце

И захлопнулись все двери,

Мольбы мои стали лестницей,

Ведущей к Твоей двери.

открЫтая дверЬ

0

Я всегда был загружен учебой, но все же

выкраивал время для дружеской переписки.

Будучи корреспондентом международного

юношеского журнала, я завязал множество интересных знакомств. И постепенно

у меня появились друзья в самых разных

странах мира. Мы обменивались фотогра-фиями, открытками и марками… Это стало

моим хобби, настолько увлекательным и

интересным, что трудно было от него отказаться.

Закончился учебный год, и наступили

летние каникулы. Немного поразмыслив, я

решил провести каникулы в путешествии.

Это же прекрасная возможность повидать

новые страны и, наконец-то, воочию увидеть друзей, которых знал только по пе-реписке. Я ничуть не беспокоился по пово-ду денежных затрат, поскольку планировал

погостить в одном месте не более двух-трех

дней или недели.

Мои друзья изъявили желание познакомить меня с местными достопримечательностями. Поскольку вопрос о расходах был

решен, я торжествовал. Я наметил такой

план: начать путешествие с Франции, далее

отправиться в Германию, затем – в Испанию и Марокко и завершить свою поездку в Египте. Маршрут поездки заранее был

оговорен с моими друзьями. Впереди меня

ждал радушный приём. Я решил приобре-тать билеты по мере перемещения из страны в страну…

1

Благодаря Аллаху я успешно сдал экза-мены, и мои родители не стали возражать

против моей поездки. Я приготовил свои

документы, адреса и фотографии друзей и, конечно же, не забыл прихватить с собой

видеокамеру и фотоаппарат. Подумав, что

мне не нужна дорогая одежда, поскольку я

еду как турист и не хочу демонстрировать

свою состоятельность, я купил скромную

одежду…

И вот, наконец, я во Франции. Я был

слегка огорчен тем, что не смог восполь-зоваться своим английским, так как большинство французов говорит только на

родном языке. Прямо в аэропорту я взял

такси и поехал в парижскую гостиницу, где

снял номер среднего класса. Как я и рассчитывал, оказалось, что служебный персонал

гостиниц и продавцы больших магазинов

владеют английским языком.

В Париже выяснилось, что здешняя по-года значительно холоднее, чем я ожидал, и моя одежда выглядела не по сезону. Так

или иначе, но первая ночь моего путешес-твия осталась позади, и я позвонил своему

другу, живущему в предместье Парижа. Он

был рад слышать меня, и мы договорились

встретиться на железнодорожной станции

в его городке на следующий день.

открЫтая дверЬ

Утром я был уже на вокзале, где благо-получно сел на поезд. По дороге я так много фотографировал, что даже опасался, как

бы пленка не закончилась раньше времени.

2

Но окружающая природа была так велико-лепна, что удержаться было просто невозможно.

Перед прибытием на станцию я внимательно посмотрел на фотографию своего

французского друга, ведь мы с ним ни разу

не виделись. Но я напрасно боялся. Мы легко узнали друг друга в толпе пассажиров, и

сразу же поехали к нему домой.

Мы общались на английском языке, на

котором и переписывались. Я прожил в семье Мишеля пять дней. За эти насыщенные

впечатлениями дни мы успели познако-миться со всеми достопримечательностями

его родного города. Затем мы вместе поехали в Париж, где три дня гостили у приятеля

Мишеля. Расставаясь, мы дали друг другу

слово продолжать переписку.

В Германии, как и во Франции, большинство немцев говорит исключительно

на родном языке, поэтому я столкнулся с

той же проблемой. У моего немецкого друга

Ганса была машина. Это, с одной стороны, позволило передвигаться без проблем, но, с другой стороны, лишало удовольствия не

спеша осматривать достопримечательнос-ти вместе с туристами, слушая экскурсово-да. Из-за этого у меня не было и возможности пользоваться железной дорогой.

У Ганса тоже были каникулы, так что из

семи дней, прожитых мною в Германии, мы

провели в кругу его семьи лишь один день, а все остальное время путешествовали. За

3

шесть дней мы накрутили на колеса около

тысячи километров. Наша поездка прошла

гладко, без каких-либо затруднений. Я решил не злоупотреблять гостеприимством

и настоял, чтобы расходы на бензин были

разделены поровну.

Я узнал о Германии намного больше, чем о Франции. Вероятно, в этом сыгра-ло роль то, что мой немецкий друг был из

состоятельной семьи и имел множество

родственников, живущих в разных концах

страны. Я был очень благодарен Гансу. Он

оказался замечательным другом.

Из Германии я отправился в Испанию, полагая, что пробуду там, по всей вероят-ности, немного дольше.

Что меня поразило в Испании?.. Там я

увидел только закат Ислама.

Всему под Небом есть конец,

Ведь даже в Совершенном есть изъяны.

И скорбь, порой, несёт благая весть, Меняется все в мире постоянно.

Поэтому не должен человек

Жить только в наслажденьях и веселье, Бездумно жизни радоваться грех, –

Ведь губит многих праздность и безделье.

И доказали множества Эпох,

открЫтая дверЬ

Событий, понимаемых превратно, Что Мир бывал хорош… бывал и плох, –

Все это повторялось многократно.

4

В Андалузии сердце сжимается от боли, а язык немеет. Как мне рассказать вам об

остатках древней мусульманской цивилиза-ции, бывшей прежде великой державой?..

Какая там чудесная архитектура! Но всякий

раз, когда я входил в какую-нибудь мечеть

в Андалузии, от волнения меня трясло, как

в тропической лихорадке. Сколько молящихся было изгнано! Сколько рабов Аллаха было вынуждено уехать из этих мест?!

Ах, люди всегда заняты чем-то суетным!

Найдется ли здесь кто-нибудь, кто сможет

возродить прекрасное прошлое и обно-вить жизнь в нынешней Андалузии? Кто

готов позаботиться о нашей истории?.. Вот

мозаика. А вот – изделия из редчайшего

дерева. Невооруженным глазом видно, что

исламская культура сохранилась только в

произведениях архитектуры.

Дома я изредка ходил в соседнюю мечеть.

Но в Андалузии мое впечатление от мечетей

было совсем иным, я испытал там невероят-ные ощущения. Сколько раз я входил в мечеть, находящуюся на нашей улице, с намерением совершить молитву, и ни разу ни один

мускул на моем лице не дрогнул! А здесь в ме-четях… меня всегда пробирал озноб, хотя я и

входил туда как обычный турист…

Эрнесто, мой испанский друг, много рассказывал мне о печальной истории своей

страны. Андалузия некогда входила в состав

исламского государства. Здешние мусульмане отличались справедливостью и толерант-5

ностью по отношению ко всем жителям

этой страны. В ответ я только вежливо кивал головой, хотя мне было хорошо известно, что из сказанного достоверно, а

что – нет. Мое сердце трепетало. Эрнесто продолжал рассказывать об исламской

истории – истории моих предков, а я ничего не понимал из того, что он говорил.

Я размышлял над вопросом: являюсь ли я

внуком тех людей, которым принадлежал

мир?..

Я покинул Андалузию в полной растерянности.

В Марокко я прибыл морским путем на

комфортабельном лайнере. Дальше я до-бирался на автобусе. Мой марокканский

друг Джабер жил в селении, расположен-ном вблизи алжирской границы. Это была

маленькая деревушка, затерявшаяся среди

песков и напоминавшая мою родину. Адрес мне не понадобился, ведь в деревне все

отлично знают друг друга.

Во мне легко было признать чужест-ранца, и все жители селения с интересом

разглядывали меня. Я остановил встречно-го парня и спросил у него, где находится

дом Джабера. Юноша указал мне дорогу.

И когда он вдруг узнал, что я приехал со Святой Земли мусульман, то схватил мой чемо-открЫтая дверЬ

дан, проявив удивительную настойчивость, и проводил меня прямо к дому Джабера.

И даже сам постучал в дверь.

Нам открыл пожилой мужчина, по моим

догадкам, отец моего марокканского друга.

Я еще не успел открыть рот, чтобы предста-виться, как мой провожатый доложил: «Этот

парень приехал из Мекки». Отец Джабера

крепко обнял меня, пригласил войти в дом

и принял настолько радушно, что я засму-щался. Оказалось, они почти целую неделю с нетерпением ожидали моего приезда

и даже подготовили торжественный вечер

в мою честь.

После чаепития неожиданно для меня

ведущий вышел на сцену и торжественным

голосом произнес: «Сейчас перед вами выступит только что приехавший с земли

Великого Откровения, земли снизошед-шего к нам Корана, со святой земли Мекки

и Медины». Когда я услышал это, все во

мне перевернулось, я побледнел, мои руки

и ноги задрожали, а язык странно онемел.

Ведь до этого я никогда не выступал на

подобных вечерах. Что нужно говорить?

Я же студент экономического факультета, и у меня нет больших знаний по Шариа-ту1…

Но Аллах помог мне. Я начал рассказывать об Аль-Масджид Аль-Харам2, о Каабе и

о хадже3… Да, именно о хадже я рассказывал

1 Шариат – детальный кодекс норм и морали, а также законов, позволяющих устанавливать правосудие. Пророк Мухаммад (да

благословит его Аллах и приветствует) оставил после себя исчер-пывающее Шариатское Законодательство, источниками которого являются Коран и Сунна.

2 Аль-Масджид Аль-Харам – священная мечеть в Мекке, где находится Кааба.

3 Хадж – ежегодное паломничество в Мекку (Саудовская Аравия), совершаемое теми мусульманами, которые в состоянии его пред-принять, и являющееся также пятым столпом Ислама.

много, поскольку я многократно слышал об

этом в кругу семьи. Кроме того, ежегодно

нам о нем немало рассказывают и в сред-ствах массовой информации.

В завершении своей речи я прочитал

ду`а для всех присутствовавших, о том, чтобы они совершили в своей жизни хадж.

Когда я закончил, до меня стали доносить-ся голоса, произносившие «Амин!», и даже

плач. Такая реакция хозяев и гостей испу-гала меня: я не был тем, за кого принимали

меня эти люди. Я продолжал говорить дрожащим от волнения голосом, а в душе все

протестовало: «Покайся! Покайся же!». Слезы начали душить меня, и я заплакал. Зал

молчал, а я был в полной растерянности, словно в сказочном сне.

Ко мне стали подходить по очереди все

жители деревни. Они говорили мне слова

приветствия, но их речь была непонятной: в ней слышался печальный плач и незнако-мый марокканский диалект. Все это время

я чувствовал себя в центре какого-то теат-рального действа, главным героем которого был сам.

В конце вечера нас с Джабером пригласили на ужин. Однако я не смог наслаж-даться обильной вкуснейшей едой. Во мне

что-то произошло…

открЫтая дверЬ

Я заперся в своей комнате и плакал в

одиночестве. Моя подушка вся промокла

от слез: я старался заглушить свои рыдания, чтобы соседи не услышали…

Не помню, когда высохли мои слезы. Меня одолел сон, видимо, сказалось

утомление. Стук в дверь разбудил меня:

– Наступило время утренней молитвы, – послышалось из-за двери.

Все мужчины собрались в мечети на

молитву. С покорным сердцем я совершил ее вместе с ними и даже заплакал во

время нее.

Я чувствовал себя потерянным. Уж

не знаю, что со мной творилось и как

я пережил эти дни. По ночам я плакал, а днем мной овладевала растерянность.

И тогда у меня созрело решение прервать свое путешествие и вернуться домой в Саудовскую Аравию. Невзирая на

настоятельные просьбы и уговоры Джабера и его семьи задержаться у них хотя

бы еще на несколько дней, я распрощал-ся с ними. Сначала я улетел в Джидду, а

оттуда автобусом добрался до Мекки.

Целую неделю я практически не покидал мечеть Аль-Харам. Я стал читать

Коран с большим вниманием, глубже

проникая в его смысл. Я смиренно вы-стаивал все молитвы и с успокоившимся

сердцем обходил вокруг Каабы. «Где же

я был раньше? На что были потрачены

прожитые мною годы?» – спрашивал я

себя и не мог сосредоточиться, потому

что, как только я намеревался это сделать, раскаяние и горькие слезы душили

меня.

Теперь, как только возникают мысли

о прошлой жизни, я спешу к Корану, открываю и читаю его. Очищающие душу, примиряющие меня с самим собой и Аллахом, слезы ручьями текут по моим щекам…

Отчего этих слез не было прежде, когда я относился к чтению Корана лишь

как к некоему обязательному ритуалу?

Почему же оно не было потребностью

души? У меня не находилось ответа.

Умиротворением и покоем наполня-ли мою душу уроки по религии и дискуссии, проводимые в мечети Аль-Харам.

Недавно я купил две замечательные

книги, ставшие опорой и спутниками моей

веры, с чудесными названиями «Спутник

души к Земле Радости1» и «Оазисы има-на2». Отныне я везде благодарно повторяю:

«Хвала Аллаху, Прощающему прегре-шения и Принимающему покаяние!»

открЫтая дверЬ

1 Земля Радости – имеется в виду Рай.

100

2 Иман – букв. вера; сложный комплекс верований мусульман.

Ты только

начни

Нет в этой жизни никакого блага

Для тех, кто не имеет от Аллаха

Судьбы счастливой в Доме Вечной Жизни, Но нет, о человек, тебя капризней!

И если жизнь тебе по нраву эта, То помни, – что она короче лета, Она… лишь только малая услада, И в ней… лишь только мнимая отрада!

101

Голос жены вывел меня из задумчивости:

– Что ты все шагаешь взад и вперед, ме-чешься по дому, будто что-то ищешь.

– Жизнь – это цепь шагов, большинство из которых уже пройдено. Не правда

ли? – ответил я ей, как бы продолжая раз-мышлять вслух.

Взяв в руки книгу, я попытался было сосредоточиться на чтении, но в голову лезли

назойливые мысли.

Оторвав глаза от книги, я наконец-таки

решился на серьезный разговор с женой:

– Тебе не кажется, что ты много времени тратишь попусту?

В ответ прозвучало:

– Напротив, я всегда занята и у меня

почти не остается свободного времени.

– Интересно, сколько часов в день ты

проводишь на кухне? Какой прок от этого? – продолжил я свою мысль. – Ты могла

бы гораздо лучше использовать это время.

Возьми себе в привычку слушать ежедневно, скажем, по одной лекции об Исламе.

Моя обязанность перед Богом – приносить

тебе эти кассеты. А ты, со своей стороны, могла бы составить себе расписание слушания Корана. Всего десять минут ежедневного прослушивания и, возможно, вскоре

ты будешь знать наизусть некоторые суры

тЫ толЬко НачНи

из Корана. Сколько бы ни было отпущено

тебе, время очень дорого. И вот еще что: Рамадан – священный месяц, месяц поклонения Аллаху, месяц интенсивного чтения

102

и изучения Корана. Ты же весь день проводишь на кухне. Кто будет есть все эти яства?

Приготовь лучше нам одно или два про-стых блюда, которые не требуют столько

усилий, а свое время потрать на служение

Аллаху: совершай дополнительные молитвы, читай Коран.

Я перевел дыхание, прежде чем сказать

главное, ради чего я затеял весь разговор, и

предложил ей присесть рядом:

– Мне интересно, о чем только вы суда-чите на этих ваших ежедневных «соседских

собраниях»? Разве ты не знаешь, что Всевышний Аллах сказал в Коране: «Не про-изнесет он и единого слова, иначе как у

него – готовый надсмотрщик1». Все, что

скажут сыны Адама2, будет записано, даже

их улыбки. Как сказал имам Ахмад, у лю-бого человека в Судный День будет спро-шено о причине каждой его улыбки в земной жизни. Знай, если вы долго болтаете

по пустякам, шайтан присутствует при ваших разговорах. Я давно хотел тебе предложить одно богоугодное дело, – я думаю, ты с ним справишься, – стать проповедницей в нашем районе. Стоит лишь начать…

Проси помощи у Аллаха, и ты увидишь, что результаты превзойдут все ожидания.

Поверь, у тебя все получится. Только помни, что разговор должен увлечь слушателей, задеть их за живое, если хочешь до-1 Готовый надсмотрщик – ангел, который записывает все деяния

человека; (Каф:18).

2 Сын Адама – имеется в виду человек, потомок первого пророка

103

Адама.

биться от них осознания и исправления

их ошибок. Стоит только начать! А я тебе

помогу.

Тут жена подняла голову и обиженно

посмотрела в глаза:

– Поверь мне, я никогда не говорю плохо о других людях в женских компаниях.

– Я в этом уверен. Но ты слушаешь

остальных и молчишь, а ведь молчание –

знак одобрения и поддержки сплетников.

Ну как, принимаешь мое предложение?

Хотела бы ты стать проповедницей?

Я почти угадал ее ответ:

– Ты слишком оптимистичен, – сказала она. – Все не так просто. Ты не знаешь

женских компаний. Как я вот так просто

возьму и прочту им лекцию? Я не готова

к этому. Ты же знаешь, какая я робкая и

стеснительная. Нет, я не могу взять на себя

роль учителя своих подруг.

– Нужно рассчитывать на помощь

Аллаха и стремиться к Его поощрению,

– горячо ответил я. – Нет убедительной

причины, по которой мы могли бы отказаться от призыва к Исламу. Книг и кассет

по Исламу более чем достаточно. Возьми

для своей первой лекции какую-нибудь

конкретную тему. Самое главное говорить

искренне и убежденно, глядя в глаза своих

тЫ толЬко НачНи

слушателей. Если пожелаешь, я напишу

конспект первой лекции. Тебе придется ее

хорошенько выучить, а потом выступить

перед людьми. Неужели ты не сможешь?..

104

И вот однажды наступил этот день.

Постепенно из рассказов моей жены я узнавал, как все происходило. Она делилась

со мной всеми своими душевными пережи-ваниями и наблюдениями. Впрочем, моя

жена лучше меня сможет поведать вам об

этом.

«В доме одной из моих подруг собрались все наши знакомые. Стол уже был на-крыт. Я внутренне готовилась к выступле-нию и молила Аллаха о помощи. А покуда

у меня было свободное время, и я разгляды-вала присутствующих, пытаясь прочесть их

мысли. Я решила не спешить и выступить в

конце, когда атмосфера будет более распо-лагающей и мы станем ближе друг другу, а мои подруги не осмелятся отпускать свои

остроты.

Накануне вечером я убедила себя в том, что обязана сделать этот шаг ради благословения Аллаха. Весь вечер мне на память

приходили неисчислимые трудности, которые пережил пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует), неся людям знания об истинной религии – Исламе.

Трехлетняя блокада в Мекке, забрасывание

камнями и изгнание его из языческого города Таиф; вынужденная эмиграция из его

любимого города Мекки, где он родился, вырос и прожил половину своей жизни; многочисленные раны, нанесенные языч-никами в битве при горе Ухуд, когда был

ранен его святой лоб; постоянные покуше-105

ния на его жизнь… Великое терпение и не-прерывный джихад1 помогли нашему пророку преодолеть все трудности и преграды.

А перед чем пасую я? Перед боязнью услышать чьи-то неблагожелательные слова и

насмешки? Я упрекала себя за свой страх и

колебания и просила у Аллаха помощи…

В конце нашего женского собрания я

собралась с духом и выступила перед своими подругами. Я рассказывала им о важ-ности и значимости первых десяти дней

месяца Зуль-Хиджа2 – десяти дней перед

праздником Ид Аль-Адха3…

К моему величайшему удивлению, подруги внимательно слушали мое выступле-ние. Их интерес к предложенной мною

теме невозможно было не заметить. Вначале я решила рассказать обо всем как можно быстрее, но, заметив в устремленных

на меня взглядах присутствующих огонек

интереса, стала говорить медленнее, давая

возможность осмысливать новую информацию.

Когда я закончила, одна из моих подруг

удивленно воскликнула:

– Так значит первые десять дней месяца Зуль-хиджа столь благословенны! А я

думала, что эти дни – лишь сезон палом-ничества.

тЫ толЬко НачНи

1 Джихад – рвение, любые усилия ради Аллаха на Его пути.

2 Зуль-Хиджа – двенадцатый месяц исламского календаря, во время которого ежегодно совершается хадж и отмечается праздник

Ид Аль-Адха.

3 Ид Аль-Адха – один из двух мусульманских праздников, Праздник Жертвоприношения, отмечаемый ежегодно во время хаджа

10

в память об историческом жертвоприношении пророком Ибра-химом (Авраамом).

Все горячо благодарили меня и просили для меня благословения у Аллаха. Я благодарила Аллаха! Выходило, что мой муж

был гораздо большим реалистом, чем я. Он

оказался прав во всем.

Когда я весело сообщила ему о своем

успехе, он посмотрел на меня и с радостной улыбкой сказал:

– Я не сомневался в тебе.

Первый успех окрылил меня. Правда, сразу же возник вопрос: какую тему выбрать

для следующего доклада? После некоторых

раздумий ко мне пришло решение начать

с вопросов идеологии Ислама. Я прочла

четыре страницы о магии и предсказани-ях, сочтя эту тему наиболее злободневной.

В тот момент, когда я дочитывала хадис

пророка Мухаммада (да благословит его

Аллах и приветствует): «Кто пришел к

предсказателю и поверил в то, что он

говорит, – тот перестал верить тому, что

было ниспослано Мухаммаду», – на ли-цах многих женщин отразилось удивление

– раньше они этого не знали.

Живой интерес слушателей давал мне

большое моральное удовлетворение и

энергию продолжать свое начинание. На

следующем собрании я вела речь о молитве, знакомила с правилами омовения и

чистоты. Среди моих подруг большинство

плохо знали основы веры и даже не осозна-вали, насколько это важно, уж не говоря о

культуре совершения молитвы и омовения. 10

Но если бы только они, – в этом отношении во всем нашем районе процветала полная безграмотность.

На одном из собраний я коснулась темы

смерти: описала те тяжелые часы или минуты, которые предшествуют покиданию

душой тела, объяснила, что происходит с

человеком на смертном одре. И хотя я всеми силами души пыталась сдерживать свои

эмоции, в конце доклада мои нервы сдали, и я расплакалась…

Прошло несколько месяцев. Наши беседы стали намного более содержательны-ми. Мы открыто обсуждали интересующие

всех темы и волнующие проблемы. Результаты моих встреч и бесед превзошли все

ожидания. Каждая женщина из моей компании стала проповедницей в своем доме

и окружении.

Думаю, что мой пример пробудил и у

них желание поделиться своими знаниями.

Со временем мы пришли к заключе-нию, что неплохо бы просвещать и тех, кто

не посещал наши собрания, и организовали для них еженедельные лекции после вечерней молитвы.

Обнаружив в окружающих столь серь-езные и быстрые перемены, я почувствовала себя невероятно счастливой. Естест-тЫ толЬко НачНи

венно, мне захотелось поделиться с мужем

своей радостью.

10

– Неужели возможны столь разитель-ные перемены за такое короткое время?! –

вырвалось у меня.

– А что тебя удивляет? Аллахом в людях

заложено стремление к вере. Наша зада-ча – лишь помочь себе и своим ближним в

развитии этой веры и осознания Создателя

Вселенной, – пояснил муж. – Но позволь

мне узнать: твоя совесть была бы спокой-на, если бы ты не помогла своим подругам

встать на верный путь?

И я с гордостью ответила:

– Конечно, нет. Но остались другие

женщины… Если бы каждая образованная

мусульманка помогла бы окружающим ее

людям встать на прямой путь! Если бы они

согласились… Стоит лишь начать…

Согласись, о моя сестра-мусульманка!

Ты только начни!

Только начни…

10

СмуЩаюЩиЙ воПроС

110

смущающий

вопрос

é

î

ì

ü

ä

î

ï

ñ

î

Ã

ì

å

ñ

Â

,

é

è

ù

ó

ã

î

ü

ø

è

ë

ñ

þ

î

á

î

Ò

ß ñòàë äîâîëüíûì æèçíüþ è ñóäüáîþ.

Âñåãäà ìû âìåñòå â ðàäîñòè è â ãîðå –

Ñèÿþò çâåçäû â áëàãîäàðíîì âçîðå.

í

ç

È

ê

à

ê

,

ü

ø

å

à

áû

è

í

û

á

î

ë

î

õ

î

ë

ï

å

í

ì

È ÷òî áû íè ñòîÿëî ó ïîðîãà,

ß íå ðîïùó – ìíå Èñòèíà äîðîæå, ò

×

ñ

à

í

ò

å

ä

æ

î

í

Ï

à

è

ò

ó

ê

à

í

,

å

á

å

Ò

.

å

æ

î

Á

ø

111

…В нашем доме царит атмосфера торжества и веселья, а я – в растерянности. Остались позади школьные годы, свидетельство

об окончании школы с отличием у меня в

руках, и я стою на перепутье. Чему посвятить

свою жизнь?.. Какую из дорог избрать?.. Ка-кому факультету отдать предпочтение?..

Я долго размышляла над главным вопросом своей жизни, советовалась с родителями.

В мечтах я посвящала всю себя служению

Исламу. Наконец, после мучительных коле-баний мой выбор остановился на медицинском факультете. Однако вместе с решени-ем возникло и много «но». В своих молитвах

я просила Аллаха указать мне правильный

путь…

Вскоре ко мне пришло решение просить

совета у известного шейха. Я позвонила ему и

изложила свой вопрос. Его слова окрылили

мою душу, придали мне уверенности. Именно они окончательно повлияли на мой выбор. В разговоре со мной шейх сказал: «Даже

не сомневайся, если чувствуешь, что у тебя

хватит сил окончить медицинский факультет

и при этом соблюсти главное условие: ты не

должна снимать хиджаб1. Советую тебе стать

акушером-гинекологом. Мы должны охра-нять честь мусульманских женщин»…

Я, конечно же, решила последовать его

СмуЩаюЩиЙ воПроС

совету и, хвала Аллаху, поступила в университет на медицинский факультет. Учеба до-ставляла мне огромное удовольствие. И мне

112

1 Хиджаб – одежда мусульманских женщин, покрывающая все, исключая лицо и кисти рук.

казалось, что нет на свете человека счастливее

меня. Я упорно преследовала свою высокую

цель – стать хорошим исламским врачом.

И, слава Богу, в этом я была не одинока. Большинство студенток на нашем курсе мыслило

теми же, что и я, категориями. В свободное

от занятий время мы проводили конкурсы на

лучшее чтение Корана наизусть. Более того, по нашей просьбе нам организовали ежене-дельную лекцию в университетской мечети.

Я и мои коллеги гордились своей принад-лежностью к Исламу и своими хиджабами.

…Семь лет учебы пролетели быстро. За

это время у меня появилось много истинных

подруг. Прошли годы, отпущенные на на-копление знаний, и настало время примене-ния их на практике…

И однажды наступило долгожданное событие: меня назначили заведующей родиль-ным отделением… С трепетом вспоминаю

свою первую пациентку. Перед родами я

сказала ей: «От тебя требуется чуть-чуть терпения. Помни, что Аллах заботится о тебе и

не откажет ни в одной твоей просьбе в тяжелые минуты родов».

Я отчетливо помню волнение, появив-шееся в ее глазах во время родов. Когда пришел конец девятимесячному ожиданию, и

новорожденный издал свой первый крик, возвещая о своем появлении на этот свет, я вздохнула с облегчением. И хотя от усталости я еле стояла на ногах, я, конечно же, помнила о том, что должна взять ребенка на 113

руки и произнести над ним то важное и тор-жественное, чему нас учили: «С именем Аллаха ты родился. Поклоняйся же Ему и иди

по пути пророка Мухаммада (да благословит

его Аллах и приветствует)». Краем глаза я

видела, что мать младенца следит за мной.

Я продолжала: «О Аллах! Сделай его одним

из тех, кто изучает Твою Книгу1 и соблюдает

Сунну2 Твоего пророка!».

Моё сердце радовалось рождению мусульманина, который будет свидетельство-вать, что нет бога кроме Аллаха. Что же

говорить о его матери! Её радость была без-гранична…

Спустя два дня, когда я посетила её, она

вздохнула, и пожаловалось мне:

– Я так жалею, что моя старшая дочь не

стала акушером-гинекологом, как Вы. Знаете, когда я рассказала о Вас моему мужу, он воскликнул: «Я рад, что у тебя принимала роды

такой превосходный доктор и такая прекрасная мусульманка. И, пожалуй, эта весть для

меня радостнее, чем рождение нашего ребёнка.

Я буду молиться о ней. Да убережет Аллах

её лицо от Ада и да умножит число людей, подобных ей! Дай ей Бог крепкое здоровье и

Рай в будущей жизни».

1 Книга – имеется в виду Коран, последнее и полное откровение

Бога человечеству.

СмуЩаюЩиЙ воПроС

2 Сунна – путь, образец, пример; поступки и хадисы (высказы-вания) пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует), являющиеся образцом поведения и руководством для всей мусульманской общины и каждого мусульманина в решении всех

жизненных проблем; все желательное, одобряемое (не входящее

в круг непременных обязанностей мусульманина), совершаемое

114

вслед за пророком Мухаммадом и дающее дополнительное пре-имущество – заступничество пророка в День Суда.

Хвала Аллаху, мои труды не пропали даром. Бессонные ночи… ночные вызовы…

– весь этот тяжелый труд служил делу сохранения чести наших мусульманок. Несмотря

на постоянное напряжение и усталость, я

безумно любила свою работу. Ведь моя деятельность, все мои усилия – ради Аллаха, и я

надеюсь на вознаграждение лишь в следующем мире…

В один из обычных дней, когда я, устав-шая, вернулась домой, моя сестра, сияя, сообщила, что мы приглашены на свадьбу в

следующий четверг:

– Моя подруга будет рада нам.

Я мысленно пожелала невесте счастья, умных и здоровых детей и пошутила:

– Пройдет год, и я буду присутствовать

на её родах.

В моей жизни бывало, что я не раз про-пускала свадьбы и торжества из-за работы.

Я даже гордилась тем, что без меня не могли обойтись в родильном отделении. Но на

этот раз у меня нашлось свободное время.

Среди приглашённых я невольно заметила

двух женщин, которые с интересом погля-дывали на меня и о чём-то оживленно разговаривали. Одна из них вскоре подошла

ко мне и вежливо представилась. Из нашей

беседы нетрудно было догадаться, что она

ищет невесту для своего единственного сына.

Сердце затрепетало в моей груди, и радост-ное предчувствие возможного счастья охва-115

тило меня. Не скрывая счастливой улыбки, я

поделилась с подругой своей радостью:

– О, я хорошо знакома с этой семьёй. Лучше не найти, – просто сказала она, и её слова ещё сильнее обрадовали мою

душу…

Целую неделю продолжалось моё счастье. Но всего один разговор с женихом по-хоронил мои радужные мечты. И все это

только потому, что я врач?!

Он увещевал меня:

– Ну посуди сама! Ты всегда будешь занята семьёй, домом...

Да, моему жениху хотелось, чтобы я оставила свою работу… В этом и заключался

весь драматизм моего положения. Я всерьёз

задумалась: неужели я ошиблась в выборе

профессии? Ведь мне советовал выбрать ее

уважаемый шейх. И я стала акушером-гинекологом, чтобы облегчать страдания своих

сестёр по вере, помогать им при родах, охра-нять их честь. Нет, я не ошиблась, поступив

на медицинский факультет! Я не случайно

выбрала самый трудный путь, преодолела

все препятствия и стала достойным врачом.

Всё это – ради Аллаха. И всё, чего я ищу,

– это милость Аллаха.

В сердцах, не зная, как его убедить, я задала ему вопрос в лоб:

СмуЩаюЩиЙ воПроС

– Если однажды ты привезешь свою ро-жающую жену в роддом и найдешь на месте врача-акушера женщину, ты обрадуешься

ее присутствию? Ведь так?

11

– Да, безусловно, – не задумываясь, ответил мой жених.

Слезы душили меня. Но я продолжала:

– Ты разве не мог бы пожертвовать

частичкой нашего счастья для сохранения

чести мусульманских женщин? Где же твоя

помощь сестрам по вере? Вспомни, что говорит Аллах в Священном Коране: «И по-могайте одни другим в благочестии и богобоязненности»1. Ответь мне, кому я могу

передать свою ответственность за женщин-мусульманок? Кому же мне их доверить?!

Я не могла больше сдерживаться, и слезы покатились из моих глаз… Жених мой, видимо не ожидавший такого оборота, замолчал и задумался.

Я дала слово служить Исламу и держу

его, преодолевая все преграды на своем

пути… Но снова и снова в моей голове звучит смущающий вопрос: «Кому доверят наших женщин? Кому?!»

1 Трапеза: 2.

11

кроме

двери неба

Некто из предков верующих сказал:

«Среди грехов есть такие, от которых

не очищаются иначе как заботой

о своих детях».

кроме двери НеБа

11

Эта история правдива. Она не вымысел

изощренного ума или легенда из легенд.

Это произошло с моим сыном.

…По мере того, как Рамадан близился

к завершению, незадолго до празднова-ния Ид Аль-Фитр1, я вдруг обнаружил, что

мой сын Абдуллах, которому исполнилось

к тому времени два с половиной года, заболел. У него поднялась температура, он

больше не улыбался и не бегал как раньше.

Мой сын потерял свою обычную живость

и шаловливость, стал быстро худеть, его

зрение ухудшалось, речь стала невнятной.

Он норовил оставаться в укромном месте

наедине с собой…

Мы не пытались найти врача, ограни-чившись лишь компрессами и жаропони-жающими препаратами. Но температуру

не удавалось сбить…

У нас не оставалось времени на рас-суждения. Все поликлиники города были

закрыты из-за праздника. Выбора не было, и я принял решение отвезти своего малень-кого сына в отделение неотложной скорой

помощи.

Я взял ребенка на руки и, чтобы успокоить жену, сказал:

– Дети часто болеют и быстро выздо-равливают. Не бойся и положись на волю

Аллаха! – Она проводила нас до дверей, не

скрывая беспокойства. В глазах ее застыл

немой вопрос.

1 Ид Аль-Фитр – праздник окончания поста, отмечаемый по окон-11

чании Рамадана.

Уличное движение было перегруже-но. Когда после долгого пути мы наконец-таки достигли больницы, казалось, даже

уличные фонари удивились тому. Войдя

вовнутрь, мы попали в иной мир – мир, где царит покой и где нет улыбок. В этом

мире исчезают гордость и высокомерие.

Живущий в нем человек слаб! Он ходит с

опущенной головой… Один вот держится

обеими руками за живот, и его стон слышен

издалека. Всюду видны раненые и много

крови… Слышен звук подъезжающей машины скорой помощи, и через несколько

мгновений уже вносят больного. Человек

не понимает, что такое здоровье до того

момента, как попадает сюда… В дальнем

углу – старик лет восьмидесяти. Глядя на

него, осознаешь, что в таком возрасте для

человека все потеряно. Беспомощные и

растерянные взгляды блуждают в поисках

врача или лекарства… Да, никогда не узнаешь, какое это благо от Аллаха – здоровье, пока не увидишь больных и их страдания!.. И даже если кто-нибудь не совсем

здоров, но ходит на своих ногах, в глазах

тяжелобольных он способен перешагнуть

море. Наблюдая за множеством недугов, поразивших людей, одновременно я постепенно успокаивался и забывал о болезни

кроме двери НеБа

сына…

Врач выписал ему кучу лекарств. Выйдя

из больницы, я почувствовал, как замечательно быть здоровым.

120

На следующий день состояние Абдуллаха немного улучшилось. Но как только

кончились лекарства, температура вновь

подскочила.

И мы опять посетили врача. Заметив в

моих глазах тревогу и дослушав мой сбив-чивый рассказ о болезни сына, врач попытался успокоить меня: «Не волнуйтесь!» – и

выписал те же самые лекарства… Мы обра-довались. Но болезнь не хотела отступать.

В течение пяти недель сыну периодичес-ки делали обследования. Однако ни одно

из них не дало утешительного и ясного

результата. Мы с женой совсем извелись.

У нас не было иной темы для разговора, кроме того, что наш ребенок потерял аппе-тит, похудел, медленно ходит и страдает от

боли в костях…

Жена вдруг заметила, что кожа у сына

как-то пожелтела. Я пошёл в специализи-рованную больницу. Доктор внимательно

осмотрел Абдуллаха, задал множество вопросов.

– Ребёнка необходимо госпитализи-ровать и провести тщательное обследование, – сказал он по окончании осмотра.

В этих словах я почувствовал что-то не-хорошее и понял, что нам предстоит еще

не один день провести в этой больнице…

Я поцеловал сына и отнес в палату…

Ему начали делать уколы. Мой малыш

просил меня защитить его от них. Да разве я мог! Я только крепче сжимал его руку. 121

Абдуллах начинал кричать, из его груди

вырывались стоны, по рукам моим скатывались слёзы, но я продолжал держать его…

Эти слёзы вопрошали: «Почему ты такой

жестокий, отец?» Моё сердце сжималось…

«Слёзы твои, о мой милый сыночек, ничто

иное, как капля моря моих стонов! Сынок

мой, я не бесчувственный и сердце моё не

камень!!» – беззвучно рвалось с моих губ…

После многочисленных анализов мы

узнали – у Абдуллаха заболевание крови.

Здоровье сына резко ухудшилось, он не

мог даже сидеть, и его растерянный взгляд был

прикован ко мне: «Когда я отсюда выйду?»

Надежда на выздоровление растаяла, как

только я услышал разговор нашего доктора

с коллегой. Доктор Абдуллаха сказал, что

из-за ярко выраженного истощения ребенка невозможно даже сделать переливание

крови. А переливание могло бы помочь!..

Дни для нас текли медленно… Мой

сын начал угасать. Врач принял решение

взять у моего малыша анализ костного мозга – «фабрики человеческой крови». И я

безоговорочно согласился… Но стон вырвался из моего сердца, когда я взглянул на

голову сына, его маленький и хрупкий че-реп… Я ласково поглаживал его по голове

круговыми движениями, как бы желая ощу-кроме двери НеБа

тить и снять руками его боль и страдания.

Наркоз начал действовать, и врачи взяли

материал костного мозга на исследование.

Его необходимо было доставить в частную

122

клинику, и я отправился туда, бережно неся

хрупкую пробирку. Мои глаза были запла-каны, а сердце, готовое вот-вот выпрыгнуть

из груди, связано с Господом неба!.. Когда я

отдавал драгоценную частицу плоти моего

сына и конверт с названием анализа, в голове моей промелькнула искорка надежды:

«Может быть, результат этого анализа положит конец страданиям моего сына?»

Минуты ожидания тянулись бесконечно долго, и стук сердца опережал тиканье

часов… У меня уже не было сил думать ни

о чем.

Сняв трубку телефона, втайне надеясь

на возможность излечения своего ребёнка, я вспомнил, как он улыбался, как сиживал у

меня на спине, чувствовал его поцелуи на

своем лбу…

Но, прервав мои воспоминания, доктор

произнес в трубку ужасные слова:

– У вашего сына рак крови…

Мои надежды рухнули в одночасье.

Кровь закипела в моих жилах. Эти жестокие слова, как удары молота, звучали в моих

ушах, из глаз катились слезы. Но я поднял

палец и произнес, как и в любой другой

момент своей жизни: «Хвала Аллаху!»

Мир померк в моих глазах, и ноги стали

ватными. Я почувствовал себя рыбой, вы-брошенной на берег, мне не хватало воз-духа. Казалось, передо мною закрылись

все дороги и захлопнулись все двери. Но я

вспомнил, что есть дверь, которая никогда 123

не закрывается. Это дверь неба. Я обрадо-вался обнаруженной в себе стойкости. «О

да! Хвала Аллаху! Поистине, все мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся», – внушал я себе спасительную мысль.

Пересилив себя, поднялся с места и тяжелой походкой вышел из дома. В голову

лезли сотни вопросов, на которые я не знал

ответа. Скоро я распрощаюсь со своим ма-лышом навсегда! Как я скажу об этом его

матери и братьям?..

Вопросы, разрывающие моё сердце, с

быстротой молнии проносились в моей голове. Как вдруг страшная догадка пронзила

меня и вывела из оцепенения. Я быстро побежал. Успею ли я застать его в живых?!

Полное смятение чувств… Я еле дер-жался на ногах, но пытался слепить из об-рывков фраз речь, которую должен был

произнести перед ними…

Мама и сын обнялись, крепко прижав-шись друг к другу.

– Ну же, порадуй нас! – попросила жена

радостно. – Какие результаты?

…Что ответить ей?! Я стоял и растерянно молчал, а нужно было что-то отве-чать…

– Может быть, стоит перевезти Абдуллаха в столицу? – неуверенно подал

кроме двери НеБа

я мысль…

После тщательных приготовлений мы

отвезли нашего малыша в Рияд.

124

Завтра Ид Аль-Адха… Прошло время

от одного праздника до другого.

– Праздник, с чем ты вернешься? Терпи

же и помни, что Аллах сочтет все! – говорил я себе. – Все, что предопределено Аллахом, грядет!..

Я обращался к Аллаху с мольбой ис-креннего раба, убежденного в Его ответе.

Второй день праздника… Везде слышен детский смех… Разговоры о приятных

праздничных заботах и хлопотах. У всех на

устах поздравления…

Только маленькому Абдуллаху это событие безразлично. Болезнь согнула его в

костях. Малыш не мог двигаться. С трудом

он приоткрывал глазки, чтобы убедиться: рядом ли я?! О, этот его недоуменный детский взгляд!!

Я вытер невольно навернувшуюся от

увиденной картины слезу, красноречиво говорившую о моем тогдашнем состоянии…

Пренебрегло терпение ниспосланным знамением.

И кажется мне: каждая надежнейшая нить, Как и твоя, истлевшая, обречена прогнить.

Зову тебя по имени – не отвечаешь мне, А должен был ответить ты измученной душе.

Из-за жестокой немощи не слышишь ты меня.

И кажется мне: ежели не станет вдруг тебя, Все в этой жизни суетной не будет мило мне, Как и теперь покоя нет в расстроенном уме.

125

Вы спросите меня, что такое химиоте-рапия? Вообразите себе это лечение! Уколы

делают для того, чтобы уничтожить изме-нившиеся злокачественные клетки. Однако

вместе с ними (о мука!) погибают и непора-женные клетки! Лечение очень длительное

и интенсивное…

Первый месяц лечения. Мой сынок

целый месяц провел в больнице, борясь

с ужасной болезнью и перенося боль, до-ставляемую химиотерапией… Состояние

его улучшилось: он начал ходить, но медленно и неуверенно… И врач разрешил

нам забрать его домой, так как видел, что

я крайне переутомлен от бессменного дежурства у постели моего малыша. Дома его

дожидались мать и братья…

Я собрал вещи сына и уехал… Душой

моей овладевали печаль и заботы… Ребенок боролся со смертью, мать – со скорбью, отец – за жизнь… А в глазах ребенка читался

вопрос: «Куда же ты везешь меня, папа? Разве ты не устал держать меня на руках? Куда

теперь: в другую больницу… или домой?

Я хочу увидеть маму!!!»

Мы пробыли дома два месяца, но болезнь принудила нас вернуться обратно в

Рияд. Сделали повторный анализ и остались очень довольны результатом…

кроме двери НеБа

Но дурное известие не заставило себя

ждать и вновь настигло нас. Моему сыну

стало хуже. Снова выявились раковые клетки. И, следовательно, возникла необходи-12

мость в повторном курсе лечения, причем

более интенсивном. Доктор, просмотрев

результаты последних анализов, расстро-енным голосом предложил:

– Если Вы не возражаете, мы возобно-вим лечение. Или же везите его к себе, в

Джидду, и лечите там…

– Конечно же, лучше там, – ответил я.

Захватив выписку с результатами анализов, мы с сыном покинули больницу…

Меня постоянно преследовал голос врача:

«Вашему ребенку необходимо пройти пол-ный курс лечения! Не поленитесь! Его состояние вызывает опасения…»

И я снова и снова стучался в больничные двери. И опять мой малыш страдал от

уколов… Даже взрослый мужчина не смог

бы столько вытерпеть! На его щуплом тель-це невозможно было уже отыскать место

для нового укола…

Безусловно, Абдуллах тосковал по своей семье, ведь он уже давно жил вдали от

матери и братьев. Вместо близких и родных людей он теперь общался лишь с врачами.

Я знал назубок все, что могло произой-ти в больницах. Они стали местом моего

постоянного пребывания. И крик ребенка, и его плач, и сбегание с уколов, как разя-щее жало, впились в мое сердце. А сын искал у меня защиты от боли.

– Ну что я могу сделать, сынок? Это не

в моих силах! – только и мог ответить я.

12

Я стучался во все двери, кроме двери

Аллаха…

«Тот ли, Кто отвечает утесненно-му, когда он взывает к Нему, и удаляет

зло»1.

К счастью, именно в то время я случайно услышал, что есть шейх, который помогает излечивать больных при помощи

Корана. Некоторые мои друзья советовали

непременно к нему обратиться…

Слава Аллаху, что Коран помогает в из-лечении! Но как я могу отказаться от услуг

современной медицины?! Разве что постучать в двери неба…

И я решил совершить молитву «исти-хара»2, дабы Аллах помог мне сделать правильный выбор в отношении лечения моего сына. В ту ночь мне снилось, что я стою

на морском побережье и наблюдаю за вы-сокими волнами. Вдалеке виднеется остро-вок. Волны не достигают его. Внезапно на

морском дне образовалась ямка, из ее мяг-кой глины выполз морской рак и скрылся

из виду…

Наутро я проснулся с плохими предчув-ствиями. Рассказал свой сон близким друзьям. Их слова легли бальзамом на мою из-мученную душу: «Порадуйся! Инша`Аллах, это доброе знамение. Ведь «глина» – это

кроме двери НеБа

сын Адама, и рак от него уйдет, если соизволит Аллах!»

1 Муравьи: 62.

2 Истихара – дополнительная молитва, совершаемая мусульмани-12

ном с целью испросить у Аллаха указание на правильное решение.

Их уверения принесли мне успокоение, и я принял решение незамедлительно отправиться к тому шейху вместе с Абдулла-хом, чтобы он прочитал над ним Священный Коран…

У дверей шейха дожидалось много по-сетителей, но, несмотря на это, царило уди-вительное чувство покоя и умиротворения.

Страждущие коротали время, рассказывая

истории излечения…

Надо мной блеснул луч надежды…

Шейх прочитал Коран над моим сынишкой и велел приходить три раза в неделю, в течение трех недель. Он посоветовал мне

самому читать аяты, которые необходимы

моему ребенку…

Тщательно поразмыслив, я решил бро-сить традиционное лечение, так как химио-терапию проводили в то время, когда ма-лышу надо было идти на сеансы к шейху.

Прошло три недели. И состояние Абдуллаха значительно улучшилось. Каждый

раз, когда предстоял сеанс у шейха, мы с

сынишкой выезжали в Рияд и в тот же день

возвращались обратно в Джидду. Это было

очень трудно и утомительно. И когда истек

срок лечения Кораном, ровно через три недели, я стал подумывать о возвращении в

больницу. Некоторое время пришлось подождать, пока освободится койка. Мне по-обещали, что скоро примут нас, поскольку

состояние ребенка не позволяет терять ни

минуты. Через несколько дней позвонили 12

из больницы и попросили меня привезти

ребенка натощак для анализа костного мозга. Как всегда вдвоем мы поехали в Рияд, и

у Абдуллаха взяли этот многозначащий для

нас анализ. Потом вместе с домочадцами

мы в течение недели с большим нетерпением ожидали результатов. И я обратился к

Всевышнему Аллаху с мольбой, чтобы этот

раз стал последним в длинной веренице

наших посещений больниц…

Все наши разговоры вращались вокруг

анализов и результатов… К концу недели

мы забросили все дела. И вот, наконец, неделя истекла.

Мои ноги опережали меня. Я предчув-ствовал, что узнаю добрые вести.

Сидя у врача, я вслушивался в каждое

слово. И его ответ потряс меня до глубины

души. Мой разум, душа и сердце успокои-лись. В то горестное время, когда мой сын

был тяжело болен, я даже не мог мечтать

об этом радостном дне! Я искал своего ребенка, чтобы расцеловать, вытереть слезы

и посмотреть в его глаза. Я преисполнился

желания тут же совершить молитву, чтобы отблагодарить Аллаха. Ведь кто, кроме

Него, достоин такой огромной благодарности?!

Врач объяснил мне, что с того самого

кроме двери НеБа

дня, как в крови моего малыша было обна-ружено не менее двух миллиардов раковых

клеток, до настоящего момента не осталось

ни одной.

130

– Это называется «скрытое течение болезни», то есть анализ не выявляет злокачес-твенных клеток… Однако нужно оставить

ребенка под наблюдением специалистов!

– предупредил он меня.

Я быстро вышел в поисках телефонно-го аппарата, чтобы сообщить радостную

весть своей жене. И я произнес: Хвала Аллаху, который облагодетельствовал нас Ис-ламом и Кораном!

За долгие печальные дни пролилось

немало слез. Но теперь это были слезы радости и благодарности.

На память мне пришел аят из Корана:

«Мы покажем им Наши знамения по

странам и в них самих, пока не станет

им ясно, что это – истина. Разве не достаточно для Твоего Господа, что Он

всякой вещи свидетель?»1

Разве я, мой ребенок и моя семья сами

не стали свидетелями?!

Да, истину говорит Великий Аллах:

«И мы низводим из Корана то, что бы-вает исцелением и милостью для верующих»2.

1 Разъяснены: 53.

2 Ночной перенос: 82.

131

не печалься

О этот безвозмездный дар –

Алмаз бесценный для того,

кто страждет,

Прохладный и живительный нектар, Отрада путника, измученного

жаждой.

Ты от себя печаль гони

И в правильное русло жизнь направь: Живи для Господа оставшиеся дни –

И смоет Он грехов твоих печать!

Не ПечалЬСя

132

Во времена неведения… или во времена пренебрежения… или… (назовите как

угодно) я жила как в глубоком сне. И сон

казался бесконечным… Сумерки без зари

и ночь без рассвета… Обязательства, которые ничего не значат… Для меня не существовало ни приказов, ни запретов… Жизнь

состояла из удовольствий и наслаждений…

Моя жизнь поглощала меня. И я пела для

нее, как птица. Смех сопутствовал мне, как

и песня на моих устах… Полет был безгра-ничен… В моей жизни не существовало

ограничений…

…Прошло двадцать лет… Все, о чем я

мечтала, – в моих руках. К двадцати годам я

расцвела, как роза. Кто же станет тем кава-лером, который придет за мной?...

Переговоры… Мои условия… Он пришел, окруженный сизыми облаками дыма…

Его появлению предшествовали звуки му-зыки… Из того же общества, что и я, и из

таких же спящих… Спящих во грехах и

укрывающихся неповиновением… Птицы

одного полета… И мы воспарили в черное

небо неповиновения и грехов и щебета-ли беззаботно… Мы брали от жизни все, что могли, не зная пределов и запретов…

Единые интересы… Схожие характеры…

Поиски новой песни… Споры во время

матчей… Вот так и пролетели десять лет

нашей совместной жизни…

Как ласков этот холодный ветер, бьющий

по усталому лицу… Призрачное счастье!..

133

…В этом году наступит тридцатая осень

моей жизни. Годы эти прошли, и я словно

бреду по темному тоннелю…

Солнечные лучи атакуют темень ночи и

побеждают ее… Это было похоже на лет-ний дождь: вспышки молнии, раскаты гро-ма, а затем сильный ливень…

Одна близкая родственница предложи-ла мне послушать кассету. Даря ее, она сказала: «Здесь идет речь о воспитании детей».

И я припомнила, что пару месяцев назад

мы беседовали с ней о воспитании детей.

Возможно, этот разговор растрогал ее…

Кассета о воспитании детей… Среди

моих кассет она была сиротой. Я прослу-шала ее один раз, а потом еще раз… Она

понравилась мне. Так понравилась, что я

даже сделала заметки…

Не понимаю, что произошло со мной?!

Словно сильный ураган вырвал с корнем

одинокое дерево, а тем деревом были мои

заблуждения и упущения. Свежий ветер

разбудил спящего человека… Я не ожидала от себя столь резкой перемены. Никогда

раньше не предпочла бы подобную кассету

кассете с музыкой!!!

Я попросила и другие кассеты об Исламе. Так началось мое пробуждение. Могу

объяснить любое событие, но только не

Не ПечалЬСя

обретение верного пути. Оно – от Аллаха.

То, что было до этого, – путь вслепую, во

тьме, на ощупь. Однако мне не дают покоя

те тридцать лет жизни, которые уже утекли.

134

Как мне вернуть эти годы, чтобы прожить

их в покорности Аллаху?..

…Ритмы моего сердца изменились, как

и ритм повседневной жизни… Теперь я

находилась в бодрствующем состоянии…

Кому же, кроме меня, необходимо это бодр-ствование?!..

Я сметала со своего пути все, что осталось от спячки, что мешало новой жизни, выбрасывала из своего дома все дурное, от-рывала все пустое и фальшивое, так крепко

приросшее к моему сердцу…

Мой муж не переставал удивляться

моим действиям, а потом безапелляционно

заявил: «Ты слишком болезненно реаги-руешь… Да ты все понимаешь буквально!

Кто вбил тебе в голову, что так делать нельзя и что это – грех?.. И ты говоришь мне

это спустя десять лет?! Когда это было запрещено?..»

Я попыталась вразумить его, что на все

воля Аллаха и во всем Его господство…

– Мы, мой дорогой муж, в темном тон-неле… и направляемся в пропасть… С се-годняшнего дня, нет, с этого момента ты

должен строго соблюдать молитву!

Но шайтан произнес его устами:

– Вот так, сразу?!

– Да, – непоколебимо ответила я.

Однако его сон был глубоким, а упущение – слишком затянувшимся.

Не изменился. Попробовала помочь

ему. Боролась с непониманием. Объясни-135

ла все. Просила помощи у Аллаха (может

быть, переменится?) Пугала его Всемогу-щим Аллахом, Адом, Судным Днем, страш-ным наказанием, глубокой темной могилой

и ужасными мучениями в будущей жизни…

Но его сердце не смягчилось, осталось твер-дым как камень.

Будущее мне рисовалось безрадостным.

Сердце сжималось от грусти, было боязно

за судьбу детей и за себя. Как жить дальше с

мужем, который не молится?.. И аяты Корана меня жгли вопросом: «Что привело вас

в адский пламень? Они скажут: «Мы не

были среди молящихся…»1

Я снова и снова говорила с ним. Убежда-ла его словами из книг ученых наших дней

и далекого прошлого, приводя все новые и

новые аргументы. Тот, кто не молится, обязан дать жене развод, поскольку он неверующий. А я не хочу жить с неверующим…

Он окинул меня холодным взглядом и

цинично задел кровоточащую рану: «Своих детей ты тоже не любишь?» И я твердо

произнесла: «Аллах – Лучший из храни-телей; Он – Милосерднейший из милосердных!»2

Как бусинки четок, друг за другом стали сыпаться проблемы… Издевательства…

Оскорбления… Угрозы…

Не ПечалЬСя

– Ты не увидишь их никогда! Никогда!

Многочисленные неприятности, при-носившие мне одни лишь страдания, не

13

1 Плащом покрытый: 42-43.

2 Юсуф: 64.

убывали. Более того, мой супруг и не думал

молиться!.. Чего же было ожидать от человека, который отрицает необходимость совершения намаза?!

Я безвольно кружилась в каком-то не-скончаемом вихре… Пропал сон. В силь-ном смятении, переборов свою робость, я

звонила именитым ученым…

Удручающим обстоятельством служило опасение за судьбу моих детей. Когда я

почувствовала всю тягость своего положения и прониклась сознанием обязательнос-ти подчинения Аллаху и следования Его

Посланнику, то, не колеблясь, выбрала для

себя будущую жизнь и Рай, ширина которого – небеса и земля вместо фальшивого

мира и кратковременной земной жизни.

И попросила развод…

Как горьки эти слова для любой женщины! Слова, которые казнят. Слова-стре-лы… Но все же, только пройдя через эти

страдания, я обрела успокоение души.

Покорность Аллаху и его благословение очистили меня от грехов всех прошлых

лет, осчастливили мое сердце и залечили

мои раны.

И я прошла через испытания во имя

своей веры и своих детей… Ни на мгновение я не забывала про них. Глаза мои

всегда были на мокром месте. Один мой

родственник успокаивал меня: «Если он в

скором времени не привезет к тебе детей, по закону Шариата ты имеешь право вер-13

нуть их силой, поскольку нельзя доверить

воспитание мусульманина неверующему

человеку! А ведь он – неверующий, тогда

как твои дети – все еще мусульмане…»

Я пыталась отвлечься от горя мыслями об удивительной и полной испытаний

судьбе пророка Юсуфа. И в моих глазах, полных слез, застыла мольба: Господи! Как

мне обрести долготерпение многостра-дального Якуба – отца Юсуфа?!1

Однажды утром, когда вновь начала

кровоточить старая рана и не было сил терпеть эту душевную муку, я почувствовала, что больше не в силах переносить разлуку

с дочерью. Сердце жгло мучительным ог-нем. Мне совершенно необходимо было ее

увидеть. Опасения, что я лишусь рассудка

из-за щемящей тоски по ней, будоражи-ли мое воображение. Но я дала себе слово взять себя в руки, не проявлять эмоций:

«Я буду сдержанной»… Но где взять силы, если в моей сумке уже давно лежат приго-товленные для нее конфеты?!

Миновав школьные двери, я вошла вовнутрь. Сердце билось гулко и сильно и никак не хотело успокоиться. А глаза не могли

сосредоточиться на каком-то одном пред-мете, они искали мою дочь. От волнения я

почти что упала в кресло возле кабинета ди-Не ПечалЬСя

ректора… Собравшись с силами, вытерла со

лба выступившие капли холодного пота…

1 Читайте историю о пророках Якубе и Юсуфе в Священном Ко-13

ране, сура 12.

Неудержимое дрожание кончиков пальцев я пыталась спрятать за своей сумкой…

Мое дыхание стало тяжелым, и язык за-немел во рту… Я почувствовала сильную

жажду…

В ожидании свидания с любимой дочерью я терпеливо слушала директора школы, довольным тоном говорившую о ней…

Она хвалила мою дочь, в особенности ее

знание Корана… Разговор показался долгим… Я покорно слушала, но, заметив дочь, моментально вскочила, хотя директор все

еще продолжала говорить… Попытайтесь

понять меня: мое сердце тогда разрывалось

от горя…

Дверь распахнулась, и вошла дочь. Она

появилась, как луна, вышедшая из-за об-лаков. На глаза навернулись слезы. Перед

директором обнаружилась моя слабость, и

плаксивый голос зазвучал на высоких то-нах. Но я уже слышала тот любимый голос, который по ночам успокаивал мою скорбь, поддерживал меня в самых неприятных, трудных ситуациях! – Держись же, не печалься! Это – испытание от Аллаха, ниспо-сланное, дабы проверить искренность твоего покаяния… Аллах никогда не покинет

тебя!.. «Кто оставит что-либо ради Аллаха

– тому Аллах даст намного больше, чем он

оставил», – сказала я себе и вытерла слезы.

Пожаловалась на свою скорбь и тоску Аллаху. И, выйдя за порог школы, упрекнула

себя за то, что пришла сюда…

13

Дни тянулись медленной чередой и

были преисполнены грусти… Ждала но-востей от своих детей, интересовалась их

делами, вкусив сладость терпения…

Однажды в дверь ко мне постучали. Кто

может прийти в такой вечер?! Да это же

мои кровинки! Всевышний Господь послал

их мне!.. Их отец женился и захотел от них

избавиться.

Две ночи пролетели как одно мгновение. Мои глаза не уставали смотреть на

них… И для моих ушей не существовало

ничего слаще их голосов… Я осыпала их

поцелуями, как осыпаются капельками утренней росы лепестки цветов. И я узнала, что Аллах услышал мои мольбы и вернул

мне детей… Теперь передо мной стоял самый важный вопрос: как их воспитывать?

Из глубин памяти выплыл день моего

пробуждения… Я отыскала ту самую кассету… и бесконечно благодарила Аллаха за

возвращение на истинный путь… Я вышла

из темного тоннеля и выдержала испытание… И теперь молю Аллаха о благоразу-мии, терпении и стойкости…

Не ПечалЬСя

140

бегство

…И сами открываются нередко

Ворота пред тобою все и дверцы, Когда богобоязненность – соседка

Смиренного и праведного сердца.

Герой не тот, кто переходит горы, В гордыне тщетной разжигает споры, Герой не тот, кто вьется вольной

птицей,

А тот лишь, кто Аллаха убоится!

141

Когда я подолгу сижу в задумчивости, в

моих мыслях непременно возникает образ

Абдуль-Маджида: высокий силуэт с гордой

осанкой. Эта тень принадлежит человеку, который отдавал свою жизнь и свое имущество на благо Ислама, тогда как другие, скупясь, не хотели пожертвовать и одним

риялом…

Даже если вы станете рассматривать его

под увеличительным стеклом, то все равно

не найдете в нем какой-либо изъян. В этом

человеке нравится все: сила воли, твердая

решимость и энергия. Можно было позави-довать его активности, цельности и настой-чивости, тогда как у многих мужчин эти ка-чества ослабли, если не утеряны вовсе…

Во времена упадка он шел по жизни

строго прямо. Тогда как лица очень многих были хмурыми, суровыми, или на них

лежала печать мрачности и даже скверны, лицо Абдуль-Маджида всегда сияло улыбкой и добротой… В наше трудное время, когда люди бегут от ответственности, он

предпочел отвагу и дерзость. Как грибы

после дождя, вырастали увеселительные

заведения, и как сорняки, отовсюду лезли

назойливые приглашения поразвлечься, но

он не сбился с пути и остался все тем же

крепко верующим молодым человеком…

Порой я замечал в его глазах блеск, а

когда всматривался, то понимал, что это

из-за неустанных забот и деяний на благо

Ислама. В своей земной жизни он не свер-143

нул ни влево, ни вправо. Его единственным

интересом, главной идеей, целиком погло-тившей его жизнь, была идея возрождения

Ислама.

Свои каникулы он из года в год посвящал службе на благо мусульман. И в самые

яркие дни своей юности Абдуль-Маджид

распевал вместе с поэтом:

Мой взгляд поймала юная газель, Искавшая меня в глухой алее сада:

– Скажи!.. Ужели не влечет тебя

Очей влюбленных лестная услада?

И я ответил ей, что прелестью очей

Меня не подкупить, что есть сему преграда: Люблю лишь сердце я, изведавшее смерть, И смерть хочу принять я воином джихада.

Прекрасная газель проникла в мой секрет, Поняв, что не найти ее любви награду.

Так, значит, ты не любишь никого?!

Винтовка – вот твоя сердечная отрада.

…Всего две ночи минуло с того момента, как Абдуль-Маджид наконец-то сложил

свою винтовку, вернувшись с поля боя, где

совершил джихад. Я, как ребенок, радовался его приезду и встрече с ним. Однако он

развел руками и грустно улыбнулся.

БеГСтво

– Как видишь, Аллах пока не почтил

меня своим даром стать шахидом1, – ска-1 Шахид – верующий в Аллаха человек, совершивший джихад и

144

павший на поле боя; мученик, погибший за дело Ислама. Умер-ший от тяжелой болезни, погибший в катастрофе и т. д. будут

иметь вознаграждение шахида. Шахиды войдут в Рай без отчета

перед Аллахом в День Суда.

зал Абдуль-Маджид. После этой фразы он

сделал небольшую паузу и вздохнул с со-жалением: – Разве любой желающий может умереть как шахид! Да я в этот раз и

не участвовал в боевых действиях, а лишь

отвозил бойцам и их семьям книги по тау-хиду1, акиде2 и фикху3. Они там очень

нуждаются в наставниках, которые научи-ли бы их истинному Исламу. Я не встретил ни единого препятствия на своем пути.

И моя единственная проблема состояла в

том, как найти человека, который согласился бы обучать местное население исламской религии…

…Школа, для которой мы привезли

книги, располагалась в зоне боевых дей-ствий на высочайшей вершине горного

хребта. Ее там называют «школой», хотя

она и состоит всего лишь из одного класса.

Неожиданно нам сообщили, что самолеты

бомбардируют этот район. Наши винтовки

и автоматы, изготовленные еще во времена Второй мировой войны, а может быть, и Первой, не могли противостоять «желез-ным птицам»…

Посреди полного спокойствия и тиши-ны, в которой можно было услышать даже

слабый шепот, раздались звуки быстро при-ближающихся самолетов. Все поспешили

1 Таухид – исламское учение о единобожии, поклонении Еди-ному Богу.

2 Акида – исламское вероучение; наука, изучающая исламскую

идеологию.

3 Фикх – наука, изучающая каноны исламского Шариатского За-конодательства и доказательства к ним из четырех источников

(Корана, Сунны, единогласного соглашения мусульманских уче-145

ных или приведения логичного доказательства путем сравнения, суждения по аналогии).

укрыться в убежище, которое находилось в

одной из многочисленных горных пещер, на ходу повторяя слова шахады и вспоми-ная аяты из Корана.

Из-за ужасного гула бомбардировщи-ков мы перестали слышать друг друга, так

что когда мой приятель хотел мне что-то

сказать, он объяснялся знаками.

Мы сидели с приятелем у входа в пе-щеру и смотрели вниз. Там, у подножья

горы, словно жемчужины, были разброса-ны небольшие селения. Отдельные селения насчитывали до пятидесяти домов, в

некоторых не было и десяти. Невооружен-ному глазу очень трудно было выделить

крошечные и скромные сельские домики

из окружающей среды, потому что хозяе-ва выстроили их из камней цвета земли и

гор. Но на маленьких жемчужинах нельзя

было не заметить жестокие следы от бом-бардировки. При одном взгляде на ветхие, убогие дома все эти усилия, направленные

на то, чтобы разрушить их, казались из-лишними.

Постепенно нам стало ясно, что боевые

действия ведутся против определенных на-селенных пунктов, и почувствовали себя в

безопасности. Взяв свой полевой бинокль, я стал обозревать пустые пространства

БеГСтво

между лежащими домами, затем обвел беглым взглядом большие скалы и осмотрел

реку. Бинокль затрясся в моей руке от новой ударной волны.

14

Я не могу найти слов, чтобы описать панораму разрушений. Одним словом, беда!..

И на память пришло одно высказыва-ние пророка Мухаммада (да благословит

его Аллах и приветствует). Пророка Ислама спросили: «Почему в могилах испыты-вают всех верующих кроме шахида?» Он

ответил: «Достаточно для него в качестве испытания сверкания мечей над его

головой!»

В эти критические минуты земля под

ногами дрожала, с неба падали на нас бом-бы, а мы сами находились между землей и

небом. Поистине это испытание… Да, испытание, и какое испытание!..

Моджахеды1, наверное, в эти мгновения вспоминали о покинутой ими родине.

Некоторым из них представились дети: ма-ленькие мальчики и девочки, зовущие их

домой. На долю этих людей выпало испытание на грани между жизнью и смертью.

Но, несмотря на всевозможные искушения, истинно верующие стойко и мужественно

повторяли: «Поистине, Аллах купил у верующих их души и их имущество за то, что им [уготован] Рай!»2

На этом месте планеты происходит час-тая смена событий. Жизнь здесь напоми-нает гонки со смертью… Мы громко произносим «Аллаху акбар!» и в следующую

секунду проговариваем шахаду так быстро, 1 Моджахеды – мн. ч. от моджахед: человек, совершающий джихад.

2 Покаяние: 111.

14

что язык не успевает за мыслью. Душа тебе

нашептывает, что ты в последний раз в своей жизни произносишь «Аллаху акбар!», повторяешь слова шахады… Нет бога кроме Аллаха!!!

Я взял бинокль, намереваясь еще раз

окинуть взором всю панораму, и заметил, что теперь бомбят ближайший от нас поселок. Над ним вздымались ужасные столпы

огня, густой дым застилал весь горизонт.

На восточной окраине поселка виднел-ся одинокий маленький дом, состоявший, вероятно, не более чем из одной-двух кро-шечных комнат. Он стоял, прилепившись к

горе, метрах в пятидесяти от остальных домов. Как только земля задрожала от взрыва

бомб и дома начали рушиться, из одиноко-го дома в тот же миг выскочила женщина, полуодетая и босая! Она тревожно металась

в разные стороны, не зная, куда ей лучше

бежать и где скрыться. Всем ее существом

овладел страх. Женщина неожиданно быс-трыми шагами устремилась влево, а затем

также внезапно бросилась вправо.

Прошло всего несколько мгновений с

тех пор, как эта женщина очутилась на улице. Следом за ней беспорядочно металась

ее маленькая дочь, которой не было еще и

пяти лет.

БеГСтво

Бегство, совершавшееся во имя спасе-ния… Вопрос жизни и смерти: быть или

не быть?! Ответ понятен: лишь бы душа

уцелела!!!

14

…Вдруг девочка сорвалась с места и по-бежала куда-то. Так она бежала, куда глаза

глядят, пока не споткнулась о большой камень и не упала.

Прошли минуты… Дым начал рассеи-ваться, гул утих, и мы стали понемногу вы-бираться из своей пещеры-убежища. Меня

полностью поглотила мысль о великом

ужасе Того Дня1: «…в тот день, как убе-жит муж от брата, и матери, и отца, и

супруги, и сыновей. У каждого мужа из

них тогда – дело ему достаточное»2…

1 Тот день – имеется в виду Судный День.

2 Нахмурился: 34-37.

14

карающий

меч

Терпением вооружись,

Наступит вскоре облегченье.

Пусть путь тернист в другую жизнь, В делах земных – ее спасенье.

И твердо в этой жизни верь

Во все Аллаха обещанья.

В делах земных себя проверь

Пророка Сунной и Кораном.

И не покроет никогда

Господь лицо того позором,

Кто полон трепета всегда

Был пред Его лишь мудрым взором.

аюЩиЙ меч

кар

150

В который раз я окидываю взглядом

свою комнату и задумываюсь. Я уже давно

утратила связь с внешним миром и отста-ла от жизни. С того самого дня, когда мне

пришлось оставить школу, я не видела никого из своих школьных подруг. И лишь

моя учительница иногда навещает меня: раз

в месяц или в два месяца. Вот и послезавтра – день ее визита. Я отсчитываю часы

и минуты до встречи с ней, торопя день и

ночь, ведь я так нуждаюсь в ком-нибудь, кто

мог бы хоть немного скрасить и облегчить

мое одиночество.

В моей голове постоянно вертится один

и тот же мучительный вопрос: «Где же дру-жеская поддержка? Где она, преданность?»

Исчезли все те, кто в школе был рядом и

весело смеялся со мной. И даже те, кто долгие годы радовался одному моему появлению, куда-то пропали.

Я провожу свои дни в полном одиночестве. Стон – мой вечный спутник, боль –

ночная собеседница, а печаль – вечная уте-шительница. Жестокие мысли обуревают

меня и днем и ночью. Я стала рассеянной и

отрешенной. И мне кажется, что даже мама

устала ухаживать за мной…

С очень давних пор я никуда не выхожу, и меня не приглашают на праздники или вечера… Даже если бы пригласили, как бы я

туда пошла? Ведь это потребует столько сил

и энергии, которых у меня нет! А каждое движение мне дается с превеликим трудом…

151

Но всякий раз, когда я почти теряю на-дежду и мою душу охватывает безысход-ность, приходит Она. Ее появление исце-ляет, словно чья-то рука поливает водой

угли, горящие в моей измученной душе. Ее

слова утешают и укрепляют меня: «Потер-пи… Все, что происходит с верующими,

– на благо им. Ты должна постоянно помнить об Аллахе и читать Коран. Не позволяй страху и безнадежности украсть у тебя

ни единой минуты»…

Несмотря на кратковременность встреч

с моей милой утешительницей, ее слова надолго западали в мое сердце. И даже в ее

отсутствии я вела с ней бесконечный разговор. Ее участие и сердечные слова прони-кали в глубь моей души, заставляя вновь и

вновь вспыхивать огонек надежды. А ее голос еще долгим эхом отдавался в моих ушах

и после ее ухода. И каждый раз на память

от ее визита оставался подарок: несколько

исламских книг и аудиокассет…

Так прошел целый год, а моя учительница не забывала меня и время от времени

все также навещала. И вот однажды она мне

сообщила, что выходит замуж. Я, конечно, обрадовалась этому известию. Но с тех пор

моя учительница стала приходить ко мне

аюЩиЙ меч

все реже и реже…

кар

С того времени, когда я лишилась счастливых мгновений, проводимых вместе с

ней, моя жизнь превратилась в борьбу с

самой собой. Ее слова, действовавшие как

152

бальзам на мою душу, ее лучезарная улыбка – все это осталось в прошлом, куда-то

исчезло…

Спустя некоторое время Марйам (так

звали мою учительницу) позвонила мне.

Я несказанно обрадовалась и с благодарностью воскликнула:

– Неужели ты все еще меня помнишь?

– Твой образ всегда стоит предо мной, и

я постоянно думаю о тебе. Я всегда молюсь

за тебя. Видишь ли, моего мужа перевели на

работу в другое место… Знаешь, моя сестра намеревалась тебя навестить, но, видимо, она была очень занята или забыла…

…И вновь вернулась тишина, и беско-нечной чередой потянулись дни…

Однажды ночью, которая казалась невыносимо долгой из-за ноющей боли в

сердце, я не выдержала и позвонила кузине: – Как дела?.. Ты так давно не заходила…

Куда ты пропала, Самар? – упрекнула я ее.

И она ответила так:

– Ты же знаешь, сколько времени отнимает учеба. Но для тебя у меня приготовлен

сюрприз. И какой сюрприз!

Слова Самар очень удивили меня. «Неужели при моей тяжелой болезни и грусти

возможны сюрпризы?» – подумала я.

Хотя я долго упрашивала ее рассказать

о сюрпризе, она наотрез отказалась.

Я терялась в догадках и чувствовала, что

моей спокойной жизни пришел конец. Не-153

ужели стоячие воды могут обернуться быс-трым потоком? Неужели в моей жизни есть

место сюрпризам?! Но она, прервав мои неприятные размышления, объявила:

– Обо всем узнаешь завтра. Не сегодня.

После разговора со мной она, конечно

же, уснула довольной. А я? За всю ночь я

вздремнула всего несколько минут. И когда пыталась заснуть, внушала себе, что

это необходимо, дабы быть готовой к завтрашнему сюрпризу. Во мне протестовала

жестокая болезнь: «Да ты и так спишь уже

больше двух лет!»

Утром я проснулась уже с первыми лу-чами солнца. Я лежа наблюдала, как они

постепенно заполняют мою комнату, и

опять думала о сюрпризе кузины. Что же

это? Визит?.. Подарок?.. Строя догадки, я

обдумывала каждую «гипотезу».

Тянулись томительные часы ожидания.

Время как будто остановилось, а солнце, казалось, нарочно не торопилось совершать

свой круг.

Я ждала Самар до предвечерней молитвы, но она не соизволила ни позвонить ни

прийти. Прождав еще час, я сама позвонила, но мне ответили, что Самар спит…

Через час я вновь нетерпеливо звоню

аюЩиЙ меч

своей кузине и получаю тот же ответ…

кар

Самар не пришла и после вечерней

молитвы. Мое терпение иссякло, и сюрприз, вызывавший до этого момента жгу-чий интерес, перестал волновать меня.

154

И когда она наконец-таки появилась на пороге моей комнаты, я выговорила ей:

– Твой сюрприз меня уже не интересует, я слишком долго ждала его!

Но она уверенно ответила:

– Не кипятись! Моя новость заинтере-сует тебя. Это – шанс всей твоей жизни, возможность навсегда покончить с этой

ужасной болезнью и встать с кровати.

От ее слов я изумленно раскрыла рот, а

сердце готово было выпрыгнуть из груди и

руки нервно задрожали.

Но Самар, не давая мне опомниться, продолжала изумлять меня далее:

– Вот слушай: одна моя подруга рассказала мне о благочестивом человеке, который мог бы объяснить тебе твою болезнь.

Как только этот человек переговорит с тобой, он тут же назначит лекарства и травы

и с помощью Аллаха излечит тебя. Очень

многие женщины обращались к этому муж-чине. Одна из них попала к нему после дли-тельного лечения от бесплодия во многих

больницах. И могу тебя обрадовать – сейчас она на третьем месяце беременности.

А другая… – Ты, наверно, слышала о ее

проблеме с мужем… Короче говоря, муж

ненавидел ее, не мог выносить ее присутс-твия и даже угрожал разводом. Она ходила

к этому человеку, и, представляешь, теперь

ее муж жить без нее не может!

Я перебила ее:

– Но ведь это…

155

Самар, не смущаясь, громким и рез-ким голосом, от которого содрогнулись

стены моей комнаты, выкрикнула:

– Ах ты, бедная моя! Если тебе так

угодно, оставайся такой до конца жизни.

Тебе нравится такая жизнь? А быть здоровой тебе не хочется? Неужели тебе не

хочется найти мужа и создать семью? Ты

не мечтаешь родить ребенка и напол-нить свою жизнь счастьем?..

Все эти прелести жизни промелькну-ли перед моими глазами. Я даже услышала крик моего ребенка и увидела, как

жизнь улыбается мне. И я обреченно, не

имея сил прервать, слушала кузину. А

Самар, все более распаляясь, расписы-вала этот сказочный сон о моем счастье.

Чувства забурлили во мне и затмили разум.– И если Аллах ниспошлет тебе здоровье, ты сможешь вернуться к нормаль-ной жизни, выйти замуж и стать матерью! – воодушевленно сверкая глазами, подытожила моя кузина.

Голос моей веры, пытавшийся про-биться из глубины сердца, шептал мне:

«Да ведь он колдун. Этот человек – маг…»

Но в ушах снова звучали слова Самар: аюЩиЙ меч

«Он набожный человек… Многие об-кар

ращались к нему, и Аллах их уже исце-лил… Это сделал Аллах Лечащий, а знахарь – всего лишь посредник. Он лечит

травами и чтением аятов из Корана…»

15

Минуты слабости овладели мной. Огонь

веры постепенно угасал в моем сердце.

И я с удивлением услышала свой надтрес-нутый голос, ослабевший и изменившийся

из-за болезни:

– Когда мы к нему пойдем?

Моя кузина подпрыгнула от удовлетво-рения и, размахивая абаей1, ответила:

– Прямо сейчас. Я только позвоню кое-кому, и мы сразу же поедем. Одну минуточ-ку… Одну секундочку… - приговаривала

она.Я очнулась, уже сидя рядом с Самар в

машине, которая неслась, словно ветер. Из

оцепенения меня вывел ее назидательный

голос:

– Не говори ничего. Я все проверну са-ма. – И она неожиданно рассмеялась. – Когда выйдешь замуж, то наверняка забудешь

обо всем, что я для тебя сделала!!! Ведь так?

Той страшной ночью луна как будто

навсегда исчезла, а мое сердце почернело

и покрылось пеплом – в нем больше не осталось веры…

Мы ехали по каким-то темным дорогам

и узким улочкам. Вдруг машина останови-лась, и моя кузина начала с опаской осмат-риваться по сторонам, потом спросила у

водителя:

– У двери есть кто-нибудь?

– Никого нет, – ответил он.

Тогда Самар приказала:

1 Абая – женская верхняя одежда, напоминающая плащ.

15

– Постучи тихонько в дверь.

Я была напугана ее поведением, этим

странным оглядыванием по сторонам, словно мы воры…

В тишине ночи послышался резкий

и неприятный скрип двери. Мы вошли

внутрь и ужаснулись. Какое гадкое место!

В доме нигде не было света, я только успела

заметить вопиющую бедность и беспоря-док…

Навстречу вышел мужчина лет сорока

пяти, с изможденным телом, болезненно

впавшими глазами и дрожащими руками.

Лучше бы я провалилась сквозь землю, прежде чем войти сюда! Он метал в мою

сторону острые взгляды, его жуткие руки

прикасались ко мне. Я не могла даже поше-велиться, хотела кричать, но страх сковал

мой язык. Мои руки и ноги похолодели.

О, мою тяжелую болезнь гораздо легче

было переносить, чем это ужасное испытание!За все последние годы я не страдала так, как в те жуткие минуты…

Самар начала беседовать с ним, а я на-мертво вцепилась в ее руку.

– Это моя кузина. Я хочу, чтобы ты о

ней позаботился. А мы отдадим тебе все, аюЩиЙ меч

что ты пожелаешь.

кар

Колдун ответил хриплым голосом:

– Я… Меня не интересует материальное. Единственное, что для меня важно, –

ее здоровье, а излечение зависит от Аллаха.

15

– Колдун сильно закашлялся и прочитал:

«…а когда я заболею, Он меня лечит»1.

После этого он засмеялся, обнажив верх-ние клыки, и добавил: «Через месяц ты

не сможешь угнаться за ней! Как ее зовут, маша`Аллах?» Кузина ответила, что меня

зовут Афаф. Он продолжал свои расспро-сы: «А как зовут ее мать?»

Получив ответы на все интересующие

его вопросы, колдун после некоторой пау-зы повернулся ко мне и сказал:

– Сейчас я буду задавать тебе вопросы, а ты отвечай на них только «да» или «нет».

– Ты была энергичной девушкой и все любили тебя?

Я склонила голову в знак согласия.

А он продолжал:

– И многие девушки испытывали к тебе

чувство ревности и зависти?

– Да.

– Ты побывала у многих врачей, но это

оказалось безрезультатным?

– Да.

– Ты хорошо успевала в школе?

– Да.

На все его многочисленные вопросы у

меня находился только один ответ – «да!»

В конце беседы колдун сказал: «подожди»

и ушел. И в тот же самый момент словно

тяжелый камень свалился с моей души…

Самар подошла ко мне и прошептала с

большим воодушевлением:

1 Поэты: 80.

15

– Ты слышала!? Все вопросы сошлись с

ответами. Это настоящий специалист. Он

знает обо всем!

Через несколько минут знахарь вышел

к нам и обратился так, словно приказывал

уйти:

– Через два дня придешь ко мне одна,

- сказал он и повелительным жестом дро-жащей рукой указал на мою кузину.

Мы покинули это жуткое место. Ока-завшись в машине, я мысленно произнесла: «Хвала Аллаху, Который вывел меня

из мрака к свету!» Кузина, сидевшая рядом

со мной, сияла от удовольствия и счастья.

А мне казалось, что моя боль и грусть уве-личились вдвое. Из глубины души подни-малось жгучее чувство вины, в моем мозгу

крутилась мысль: «Ты стала на шаг ближе к

Аду!»

Той ночью я не могла уснуть. В голову

лезли нехорошие мысли. И боль вонзалась

в мое сердце, как меч.

Куда я ездила по этим темным улицам

и переулкам?.. Когда передо мной вставал

образ колдуна, меня одолевал страх, а когда

я представляла, как он прикасался ко мне, то меня охватывала дрожь…

Я изводила себя упреками до тех пор, аюЩиЙ меч

пока не залилась горькими слезами. Одна-кар

ко надежда на выздоровление все еще не

покидала меня и ласкала измученное сердце. Мысли смешались в пеструю сумятицу:

«Разве ты не слышала, как он читал аяты из

10

Корана? И много раз повторял, что выздоровление зависит от Аллаха? Он, действительно, благочестивый человек… Колдун?!

Нет, он набожный человек? Или все-таки

колдун?!»..

Меня одолевали сомнения и страх, а

небо над моей головой потемнело…

Прошло два дня… Внезапно Самар

вернулась ко мне, крича прямо с порога:

– Запомни… Да.. Нет, нет! Где у тебя

ручка? Запиши!.. Вот это нужно пить утром, это – вечером, а этими благовониями

натирать тело на ночь. А это… и это… и

вот это… Господи, такой длинный список!

– Все это сразу? – вырвалось у меня.

– Афаф! Здоровье покупается, - внуши-тельно ответила она и добавила: - Однако

будь аккуратна. Это – тонкое лечение!

Заметив мое равнодушие, Самар про-кричала своим зычным голосом:

– Если бы ты знала, сколько я за это заплатила!

Я была в шоке. Размер суммы, назван-ный ею, был так огромен, что я переспро-сила:– Ты в самом деле столько заплатила?

Правда?!

– Да. За твое здоровье, – подтвердила

она – Я бы все отдала, лишь бы вернуть его

тебе! Начни лечение немедленно!

И я пила и ела все, что было положе-но, натирала тело благовониями, но не видела обещанных колдуном чудесных снов. 11

Напротив, мне снились страшные сны со

змеями, скорпионами, удавами и всевоз-можными кошмарами. Прогнозы колдуна

не сбылись и на вторую ночь. А после ме-сячного лечения мой энтузиазм бесследно

растаял…

Был необычайно красивый вечер.

И этим дивным вечером я неожиданно

увидела свою любимую учительницу, сто-явшую в дверях. Марйам очень измени-лась. Ее глаза сияли от счастья, она стала

еще красивее и элегантнее, чем прежде. Но

она осталась все той же душевной, добро-желательной и улыбчивой школьной учи-тельницей. Моя Марйам поцеловала меня

и начала расспрашивать о членах семьи.

Какая воспитанность! И какая приятная

улыбка, какой честный взгляд у нее!

Чтобы как-то поддержать меня и дать

понять, что мое положение не из худших, Марйам рассказала историю о молодом

человеке, прикованном к постели и совершенно недвижимом. А потом ласковым

голосом заметила: «Благодари Аллаха за

то, что ты можешь разговаривать и у тебя

сохранилась связь с миром. По крайней

мере, твои органы чувств полноценны».

Мне и в самом деле стало легче. Наш

аюЩиЙ меч

разговор плавно тёк, а внутри у меня всё

кар

кипело! Я горела желанием обо всём рассказать ей! Теперь, когда я так отчетливо

понимала её прекрасное отношение ко

мне и искренность, мне ещё больше хоте-12

лось открыться ей. И я решила, что непременно всё расскажу…

…Я говорила очень медленно. Когда

оживились те неприятные воспоминания, меня невольно охватил былой испуг, я вся

задрожала, как осиновый листок. Марйам

терпеливо, с вниманием выслушала меня

до конца, ни разу не перебив. И как только

я произнесла фразу: «Не вылечилась!», она

чутко уловила, что настал её черед говорить.

– Все мы принадлежим Аллаху и к

Нему возвращаемся. Как же ты согласилась к нему поехать? И как же ты смогла

пойти этим путём и постучать в эту дверь?

Ты ищешь здоровье в обход послушания

Аллаху? Ты разве никогда не слышала хадис

пророка Мухаммада (мир ему и благословле-ние Аллаха), гласящий: «Тот, кто пришёл

к предсказателю и поверил в то, что он

говорит, тот перестал верить тому, что

было ниспослано Мухаммаду?»…

Я немного помолчала, а затем ответила

ей: – Да, конечно же, слышала. Ты права. Но

моя вера ослабла, и к тому же всё произошло так молниеносно! Вернувшись оттуда, я

очень горько плакала.

Делая отчаянные попытки защититься

словами, я была похожа на корабль в штор-мовом море: берега не видно и бежать не-куда.– Этот человек читал аяты из Корана, и я слышала, как он сказал, что Аллах из-13

лечивает, а не он! И что его не интересует

материальное! И…

– Его облик доказывал, что он бого-боязненный человек? – спросила моя учительница.

Я ответила:

– Нет.

Она продолжала спрашивать:

– А эти клочки бумаги, которые следовало

сжигать и пропитывать ими все тело… Надеюсь, ты читала, что на них было написано?

- Их невозможно было прочесть. На

них были нарисованы какие-то знаки, цифры и иероглифы… – растерялась я.

Марйам задавала один опрос за другим, а её глаза выражали сочувствие:

– И он спросил, как зовут твою мать?

А какое отношение имеет ее имя к твоему

лечению?

Мы обе замолчали, и это напоминало

затишье перед бурей. Я вдруг ясно осознала, какую глупость сделала, и предприняла

последнюю попытку защититься:

– Но он рассказал мне в точности о

многих фактах из моей жизни…

Учительница грустно объяснила мне:

– То, что он якобы угадал, совпадает у

большинства людей. Задай эти вопросы

аюЩиЙ меч

мне, и сама в этом убедишься. Никому не

кар

позволяй больше одурачивать себя подобным образом! С помощью этих общих вопросов колдун рассчитывал ввести тебя

в заблуждение, будто он знает все.

14

Мы долго разговаривали, порой горячо

споря, но неожиданно Марйам спросила:

– А не просил ли он тебя, случайно, за-резать барана или петуха?

– Хм…, нет, то есть он не принуждал

меня, конечно, но намекнул, что неплохо

бы сделать это. И сказал, если я исполню

его совет, это, несомненно, погонит сатану

и защитит меня от зла!

Марйам горячо воскликнула:

– Клянусь Аллахом, что единобожие едва

не было утрачено тобой!!! Ты стояла всего

в двух шагах от Ада… Вот послушай одно

старинное придание. В нем повествуется о

двух историях, имеющих одинаковое начало. Но конец каждой из этих историй прямо

противоположен: один из героев попадает в

Рай, а другой – в Ад. Пророк (мир ему и бла-гословление Аллаха!) говорил, что один человек благодаря мухе попал в Рай, а другой

из-за той же самой мухи попал в Ад. Когда

же его спросили: «Как же такое возможно, о

Посланник Аллаха?», – вот что он ответил:

«Два человека проходили мимо селения, в

котором люди поклонялись идолу. Любой

человек по их законам был обязан принести

этому идолу какую-нибудь жертву. Одному

путнику приказали:

– Пожертвуй чем-нибудь!

Но он ответил:

– У меня нет ничего, чем можно было

бы пожертвовать.

15

Тогда ему предложили:

– Принеси в жертву хотя бы муху.

И первый путник принес муху в жертву

и был помилован, а после – попал в Ад.

Когда же другому путнику приказали:

«Пожертвуй!», он заявил: «Я никому ничего

не пожертвую, кроме как Всевышнему Аллаху!»

Ему отрубили голову.., и он попал в

Рай».

Моя добрая учительница продолжала

свою мысль:

– Подумай серьёзно над этим хадисом и

над своей ситуацией. И да не победит тебя

шайтан и не ослабит болезнью. Защищайся

при помощи Корана: читай его самостоятельно (и это лучше всего!), или пусть его

почитает тебе человек, известный своей бо-гобоязненностью. Слушай чтение Корана, и в нем не встретятся тебе неясные иероглифы или знаки. Все в этом мире происходит

с соизволения Аллаха.

Сказанное ею после этого прозвучало

уже с оттенком глубокой грусти:

– И если ты умрёшь больной, но сохранив

в кристальной чистоте веру в единство Аллаха, это неизмеримо лучше, если бы ты прибыва-аюЩиЙ меч

ла в здравии, будучи многобожницей!!! Проси

кар

здоровья только у Милостивого и Милосердного Аллаха и защищайся от беды и болезни

только тем, что разрешено. Поразмысли хорошенько о колдуне. Если бы он в самом деле

1

был властен на чем-либо, он, вероятнее всего, в первую очередь помог бы себе. Ведь ты же

видела, в какой нищете он живет!

Я согласилась с ней. Учительница задала мне очередной вопрос:

– Кого он больше любит, как ты думаешь, тебя или себя?.. Так почему же он не

помог себе?.. Все эти дороги ведут в Ад. Ради

кратковременной земной жизни ты риску-ешь упасть в огонь Ада!!! «Ведь кто при-дает Аллаху сотоварищей, тому Аллах за-претил Рай. Убежищем для него – огонь, и нет для неправедных помощников!»1

Услышав этот аят, я вскрикнула и подскочила. Мое сердце переполнилось верой, а из глаз потекли слезы раскаяния. Из уст

моих вырвался невольный вопрос:

– Что же мне теперь делать?

– Покайся! Покаяние доступно любо-му. И впредь оберегай свою кузину от этого ужасного человека, – услышала я совет

Марйам.

– Да, вот еще что: ты обязана сообщить

куда следует о местожительстве этого колдуна, чтобы его деятельность могли пресечь, а

он получит то наказание, которое заслужил,

– серьезно добавила она. – Потому что по

закону Шариата колдун не имеет покаяния, как любой другой грешник. Он должен по-нести суровое наказание: пусть меч, который он занес над своей головой, опустится

на его шею!

1 Трапеза: 72.

1

Будур

1

будур

И мудрые ночи тебе рассказали

О свойстве своем разрушать то, что мы,

Надеясь, любя и борясь, созидали.

Прислушайся же к новостям их

немым.

Всмотрись в них внимательно,

будь осторожен,

Советам их следуй, отвергнув

сомненья,

Ведь в них непременно таятся

знаменья,

Людей наводящие на размышленья.

1

Вот и моя доченька Будур… Ее появлению предшествовал нежный голосок, напоминающий пение птиц. Обернувшись, я увидела, как она быстро бежит в

мою сторону, простирая ко мне свои ру-чонки…

Я с силой обняла ее и почувствовала, как биотоки от кончиков ее пальцев про-никают в меня сквозь кожу. Я закрыла глаза и возблагодарила Аллаха… Какие блага!.. Муж и дочь… Великая радость…

…Мне вспомнились годы учебы в кол-ледже. В один из тех дней Адель пришел в

наш дом с намерением просить моей руки.

Он приходился нам родственником, и моя

семья хорошо его знала. Поэтому мои родители и я легко дали ему согласие. В сердцах многих девушек жила мечта о молодом

человеке, который отличался бы высокой

нравственностью и сильной верой. Но

счастье выпало мне…

После долгого ожидания, имея на руках

дипломы, мы поженились. Мы в мечтах ри-совали наше будущее. Стоя в самом начале

своего жизненного пути, мы на многое на-деялись и ко многому стремились.

Спустя некоторое время муж подписал

контракт на работу за рубежом – в Саудовской Аравии, – и уехал туда один. Он ока-Будур

зался на чужбине там, а я здесь. И только

через полтора года тоски и разлуки Адель

нашел мне работу учительницы, и я при-соединилась к нему. Опасаясь чужбины, я

10

никак не могла отогнать мысль: смогу ли я

жить вдали от любимых родителей, родственников и друзей? Но меня спасало при-сутствие рядом со мной любящего мужа, мягкого, всегда улыбающегося, с благородной душой и искренностью в речах…

Адель заполнил всю мою жизнь, окру-жил меня своею любовью, нежностью и

сочувствием. Чужбина еще больше сбли-зила нас. В наших сердцах произросло дерево дружбы.

Мне нравилась в нем каждая мелочь.

Иногда Адель просил стакан воды или

чашку чая и, когда я появлялась перед ним, неся поднос, горячо благодарил меня. Это

особенно удивляло и трогало до глубины

души. Однажды, не сдержавшись, в порыве нежности я попросила: «Не благодари

меня за эти мелочи, ведь это мой долг».

Я восславляла Аллаха и благодарила Его за то, что Он наделил меня таким

мужем, который утирал с моих глаз слезы

чужбины и разделял мою тоску по любимым людям. Адель был для меня самым

лучшим из людей: как муж, как отец и как

близкий человек.

Я не припомню, чтобы в последние

дни моей беременности он потревожил

меня какой-нибудь просьбой, стоившей

мало-мальского труда. Очень часто свою

просьбу Адель предварял вопросом: «Ты

сегодня не устала?.. Может быть, ты чувствуешь утомление?..»

11

Мой муж всегда делился со мной и своею

радостью, и своею мечтой. Он часто любил

повторять: «Если Аллах даст нам мальчика, то назовем его Билялем». Это в честь Биляля, сподвижника пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует), который

был первым муэдзином1 в истории Ислама.

Минули последние дни беременности, и

у нас родилась девочка, красотой своей напоминающая полную луну. Мы так и назвали

ее – Будур2. Однажды, когда Адель ласково

играл с нашей малышкой, улучив удобный

момент, я спросила:

– Скажи, тебе не грустно, что родилась

Будур, а не Биляль?

– Что ты! – всем сердцем сказал он, – это

дар Аллаха. Ведь Он «дает, кому пожелает, женское поколение и дает, кому пожелает, мужское»3. И тот, Кто наградил нас Будур, подарит нам и Биляля, если Ему будет

угодно.

Хвала Аллаху, дни наши протекали радостно, а дерево дружбы росло и крепло.

Даже пребывание в этой чужой стране оказалось ниспосланным нам Аллахом благом. В

нашем городе регулярно проходили встречи с религиозными учеными, всевозможные

дискуссии и лекции. Школьный коллектив, в котором я работала, оказался оазисом доб-Будур

роты и доброжелательности.

1 Муэдзин – мужчина, призывающий мусульман на молитву из

мечети.

2 Будур – мн. ч. от араб. Бадр, что означает «полная луна».

12

3 Совет: 49.

Одна моя коллега преподнесла мне в

подарок аудиокассету с названием «О, сестра! Или хиджаб или Ад». Это была ве-ликолепная, очень сильная лекция, расска-зывающая о необыкновенной значимости

хиджаба как символа целомудрия мусульманской женщины. Благодаря милости

Аллаха, я стала гораздо серьезнее и строже

относиться к хиджабу.

Мой муж всегда испытывал прилив радости, когда слышал звуки азана, призы-вающего на утреннюю молитву. Каждое

утро, едва заслышав голос муэдзина, он

моментально вскакивал с постели, будил

меня и поспешно уходил в мечеть, чтобы

не опоздать на коллективную молитву…

А когда я собиралась на работу, Адель всегда находил свободную минуту, чтобы в очередной раз напомнить мне о благочестии и

богобоязненности:

– Дорогая, ты воспитательница по-колений. Будь добросовестной, берегись

клеветы и сплетен, говори о людях только

хорошее. Не трать время в разговорах по

пустякам. Ведь нет добра в той речи, о которой будешь сожалеть в День Суда.

И я молча, с благодарностью принимала его советы.

По дороге в школу и домой мы слушали

в машине какую-нибудь исламскую кассету.

Текли дни за днями легкой и радостной чередой, словно наши души овевал приятный

морской бриз…

13

Был самый обычный день. Как всегда

с утра я отправилась в школу. После по-луденной молитвы направилась туда, где

Адель припарковал наш автомобиль. При-близившись, я заметила, что Адель очень

странно выглядит: я совершенно отчетливо

заметила следы сильного переутомления на

его лице.

– Что с тобой? – озабоченно спросила я.

– Просто я очень устал и у меня кружит-ся голова, – ответил он…

Дома приготовила обед и позвала Аделя. Но он так и не смог встать с постели

– пришлось самой кормить его…

– Адель! Что с тобой произошло? Что

же? – с неясной тревогой, подступавшей к

сердцу, спрашивала я мужа. Но услышала

тот же ответ.

– Я утомлен. Мне надо отдохнуть.

Через некоторое время муж уснул, и я

покинула его до наступления времени следующей молитвы. Когда зазвучал азан, я

подошла к нему и попыталась его разбудить, но он не реагировал и не двигался.

Я кинулась к телефону и позвонила соседям. Через несколько минут мы уже везли

его в больницу.

Быстрыми шагами врач подошел ко

мне и сообщил:

Будур

– Сожалею, но состояние Вашего мужа

тяжелое. Есть подозрение на воспалитель-ный процесс в мозговой оболочке. – И он

начал детально разъяснять, что нас может

14

ожидать, поскольку болезнь может разви-ваться двояко: первая форма легкая, а вто-рая – тяжелая…

Я приняла эту новость со стойкостью, которой не ожидала от себя, и уже дома до

половины второго ночи молилась, прося

Аллаха вернуть здоровье моему мужу…

Долгих три дня Адель находился в коме: с полудня злополучной среды по пятницу.

В субботу утром его состояние улучшилось, и он вышел из комы.

Я подошла к нему поближе и спросила:– Адель, это я. Ты узнал меня?

– Нет, - прозвучало совершенно неожиданно.

– Ты не помнишь Будур? – растерянно

задала я вопрос.

Адель ответил утвердительно:

– Помню, это моя дочь.

– А я мама Будур, – поспешно добавила я.На лице Аделя показалась улыбка, и он

произнес:

– Жена… Ты моя жена!!

Из моих глаз потекли горькие слезы.

Каким он был всего три дня назад! Куда делись его память, его ум и забота обо мне?!..

Как внезапно все переменилось: сегодня

Адель уже не помнит даже самых любимых

и близких ему людей…

Я погрузилась в горестные раздумья…

В своих мыслях я постоянно вспоминала Ал-15

лаха, и это давало мне опору. Голос имама, читавшего молитву в мечети, заставил меня

вздрогнуть, он будто обращался ко мне:

«О те, которые уверовали! Обращай-тесь за помощью к терпению и молитве. Поистине, Аллах – с терпеливыми!»1

И вслед за этим аятом из глаз моих ручьем

хлынули слезы. Я осознала, что принадле-жу к числу тех людей, к которым обращены

эти слова: «Мы испытываем вас кое-чем

из страха, голода, недостатка в имуществе и душах, и плодах, – и обрадуй тер-пеливых, – тех, которые, когда их пос-тигнет бедствие, говорят: «Поистине, мы принадлежим Аллаху, и к Нему мы

возвращаемся!»2 – Эти слова будто истор-гались из глубины моей души.

О Господи! Ведь мы здесь на чужбине, а потеря мужа означает катастрофу!.. Кто

отвезет меня к мужу в больницу? На кого я

могу опереться? Поистине – это чужбина, самая безжалостная из чужбин, особенно

для такой хрупкой женщины, как я. Одна в

доме: без брата, без отца и… без мужа…

Мне ни с кем не хотелось делиться своим горем. В воскресенье утром вместе с

другом Аделя и его женой я поехала в больницу. Нет слов, чтобы описать охватившее

меня безмерное счастье: мой муж вспомнил

Будур

меня. В тот день он узнавал всех, кто приходил его навещать. Адель особенно об-1 Корова: 153.

1

2 Корова: 154-155.

радовался бородатым мужчинам, которые

невольно вызвали у меня тихое почтение.

Единственно, в чем он затруднялся: он не

мог вспомнить их имена. Меня же – его

жену и мать его дочери – Адель узнал сразу, как только я вошла, и, счастливо улыбаясь, назвал по имени. И я испытала безумную

радость, словно никогда раньше мое имя

не слетало с его уст.

Адель, как только оправился от беспа-мятства, сразу же попросил принести воду

для омовения, чтобы возместить пропу-щенные в состоянии комы молитвы. Как

обычно, он не переставал думать о молитве, радовался звукам азана, доносившегося

с минарета ближней мечети.

События развивались очень быстро.

В понедельник я обнаружила, что его перевели в бокс, поскольку инфекция начала

распространяться по всему телу, а температура неуклонно поднималась все выше и

выше. Этот день был переломным…

Каждый день с трех до пяти и с семи до

девяти вечера я навещала его в больнице.

Случалось, что я оставалась с ним и на весь

день. Хотя я часто меняла ему холодные

компрессы на лице, руках и ногах, ртуть на

градуснике неумолимо ползла вверх, при-ближаясь к максимальной отметке.

Чтобы успокоиться, я взяла в руки Коран, стараясь читать для него как можно

четче и громче. Когда я прервала чтение, 1

чтобы приложить очередной компресс, он очнулся и спросил:

– Пожалуйста, включи магнитофон.

– Ты хочешь послушать Коран, Адель?

– обрадовалась я.

– Конечно, – тихо выдохнул мой муж.

Во второй половине дня к нему пришли посетители: друзья и коллеги. Среди

них был и лучший друг Аделя, которого

он очень любил и уважал. Когда их взгляды встретились, мой муж расцвел в улыб-ке и энергично протянул ему руку для по-жатия. И в порыве внезапно нахлынувшей

огромной радости за него я перехватила

предназначавшееся не мне рукопожатие.

Как оказалось, Адель в последний раз по-жимал чью-то руку…

В тот день я вернулась домой с тре-вожным сердцем и опустошенной душой, изо всех сил борясь с приступом отчаяния

и прося у Аллаха стойкости и терпения.

Во вторник, на рассвете, когда муэдзин

начал распевать своим чудесным и мощ-ным голосом азан: «Аллаху акбар! Аллаху

акбар!», – Адель открыл глаза, слегка при-поднялся на своей постели и беглым взглядом окинул высокое небо. После этого он

снова лег и закрыл глаза. Душа покинула

его и поднялась к своему Создателю.

Будур

Каждому человеку предопределен свой

конец. У Аделя он наступил в этот вторник. Вечером предыдущего дня он принадлежал к числу людей из этого мира, 1

а утром присоединился к людям из мира

иного. Но мне еще это было неведомо.

Ранним утром я позвонила соседям и

умолила их, чтобы они немедленно отвезли меня в больницу. Я чувствовала, что с

Аделем могло случиться нечто страшное.

Притормозив машину прямо напро-тив больницы, сосед попросил нас подождать в машине, покуда он разузнает, в каком состоянии находится мой муж.

Я посмотрела на окно его палаты рассеянным взглядом и стала напряженно

ожидать, с чем же вернется мой сосед.

Он пропал надолго; вернее, мне так

показалось. Будучи не в силах сидеть

в ожидании, я вышла из машины и хотела

было уже войти в больничные двери, как

вдруг увидела идущего со склоненной головой соседа. Замерев на месте, я дожда-лась его приближения и слов своего при-говора:

– Да помилует его Аллах!.. Крепись

сестра и терпи, – едва слышным голосом произнес сосед слова, возвещавшие

смерть.

– Они уже увезли его отсюда? – еле

вымолвила я.

– О, нет! – ответил он.

– Я должна его увидеть, – настойчиво

заявила я.

Мы шли втроем по больничным коридорам, и все это время я повторяла себе: «Мы принадлежим Аллаху, и к Нему мы возвращаемся».

1

Подчиняясь внутреннему порыву, я ус-коряла свои шаги. Когда я вошла в бокс, мои глаза моментально отыскали Аделя, вытянувшегося на своей постели и на-крытого огромным покрывалом. Я убрала

покров, скрывающий его от меня, и обнаружила, что его лицо было спокойным и

радостным. Невольно моя голова склонилась над ним, и я поцеловала его холодный

лоб со словами: «В Рай, мой любимый…

в Рай, инша`Аллах!»

Меня под руки выводили из палаты, а

мой язык все твердил: «Мы принадлежим

Аллаху, и к Нему мы возвращаемся. Господи! Даруй мне награду за терпение в моем

безбрежном горе!»

Безусловно, я испытала большой шок

и пережила серьезную катастрофу. Однако

на свою печаль жалуюсь лишь одному Всевышнему Аллаху!..

Аделю было предписано, что он будет

похоронен здесь, в этой земле, которую он

так сильно любил…

Женщины, пришедшие ко мне с собо-лезнованиями и словами утешения, сидя

вокруг меня, говорили много хороших

и добрых слов о моем покойном муже.

О том, как он добросовестно соблюдал все

требования Ислама, о том, каким он был

Будур

цельным и покладистым, как регулярно и

искренно совершал свои молитвы…

Я бесконечно благодарила Господа

за то, что конец жизни у моего мужа был

10

светлым. Часы долгих раздумий позволили

мне прийти к такому выводу о сущности

земной жизни: если наш Премудрый Со-здатель дает нам что-нибудь в этой жизни, то затем обязательно отнимает, и если ты

какое-то время радуешься чему-то, то после

непременно грустишь…

Как мало было их, счастливых часов.

И столь короткий срок был отмерян мне

от безграничного счастья до глубокой

печали.

Пока я все еще пребываю на чужбине, и одиночество опять вернулось ко мне.

Я потеряла Аделя, но со мной его Госпо-дин. Он никогда не потеряет меня и никогда не потеряет Будур. Ведь Он – Милосерднейший из милосердных.

11

ураган души

моей

Все в этом мире, друг мой, неизменно, Придет тот день, когда ты станешь

тленом,

И лишь песка извечное движенье…

Тебе окажет тихо уваженье,

И станет день клинком дамасской

стали,

Как будто Смерти лишь тебя искали, Чтоб дать тебе подумать

до рассвета, –

Подумай, что они возьмут за это?

ГаН дуШи моеЙ

рау

12

День моей свадьбы приближался быстрее, чем я ожидал. Чем ближе становился этот день, тем больше было хлопот и

тем быстрее росло напряжение. Радужные

мысли и мечты о счастье не покидали меня

ни на минуту.

Как я полагал, в запасе оставался еще

месяц или немногим более того. Только

потом я понял, как много драгоценного

времени потерял напрасно. Целая неделя

ушла на выбор и покупку мебели, еще одну

неделю я потратил на покупку оборудова-ния для кухни…

И вот наконец-то появилось свободное

время. «Оставшуюся неделю я использую

с толком», – сказал я себе и немного перевел дух. Розовые мечты, радость и веселье

сопутствовали мне. Позабыв о своем на-мерении не парить в облаках, я стал часто

заходить в свою новую квартиру… Радуясь

приятной обстановке, пил чай. Вытянув

ноги, наслаждался состоянием покоя и рас-слабленности. Мечтал, листал газеты, читал журналы. Меня привлекал любой заго-ловок, связанный со свадьбой, касающийся

детей или семьи… Вот любопытный заго-ловок – «Читайте перед свадьбой». Все как

будто для меня! Но вдруг – «Медицинский

осмотр перед свадьбой…» – промелькну-ло перед глазами, и я еще раз перечитал

то место, где говорилось о таком осмотре. Осознав всю важность подобных мер, 13

я проникся мыслью, что не мешало бы и

мне позаботиться об этом.

Эта идея не покидала меня в течение

двух дней. И я решил привести намечен-ный план в действие. На первом этапе над-лежало пройти первичный медосмотр.

Сдал анализы в лабораторию… Врач

записал меня на прием через три дня, и я

уехал, погруженный в свои мечты…

Наступил день визита к врачу. Однако

идти не хотелось: лень овладела мной. «К

чему мне этот осмотр, если все обходятся

без этого?!» Но как только я вспомнил, что

уже заплатил всю сумму, то моментально

поднялся…

И все же я опоздал… Пришлось подождать примерно с полчаса. Когда подошла моя очередь, я не спеша поднялся и

вошел в кабинет. Врач отыскал мои анализы, бегло пробежал глазами, затем остановился и еще раз перевернул листок бумаги

с результатом анализа. Это показалось мне

странным, и я задал ему вопрос:

– Что-то не так?

Мой доктор положил бумаги на стол и

без всякого предисловия сказал:

– Есть подозрение, что у вас рак крови.

ГаН дуШи моеЙ

Я просто опешил и не поверил своим

рау

ушам. Для меня эта новость была большим

ударом. Я молча смотрел на него, но глаза

мои спрашивали:

14

– Как же это?

– Да не волнуйтесь так, это только

лишь подозрение. Разрешите мне осмотреть вас.

А я не мог сдвинуться с места. Мой

врач понял свою оплошность, видимо

пожалев, что так прямо с ходу огорошил

меня. Он протянул мне руку и помог дойти

до кушетки. Я буквально уронил свое тело

на кушетку и стал глубоко дышать, чтобы

ощутить жизнь в своем теле. Врач осмотрел мои глаза, послушал сердце.

– Дело нехитрое, повторим анализ, –

подытожил он.

Вот так! Пришел с мечтами и надежда-ми, а ушел с болью и горем. И все перевернулось за одно мгновение!

– За что? – раздумывал я, погрузившись

в мрачные мысли о близкой смерти… Все

думал и думал о себе, о родителях и, наконец, о своей невесте: «Сказать ей или не

сказать?.. А что, собственно, сказать?.. А

если повторный анализ все-таки покажет, что я болен?.. Так молчать или же предуп-редить ее? Времени нет… Всего несколько

дней… Жениться или… нет?!»

В ту ночь я не сомкнул глаз… Утром

следующего дня, бросив на произвол судь-бы свою работу, я направился прямиком

в лабораторию. В последний раз, когда у

меня брали кровь, я попросил медсестру:

«Возьмите, пожалуйста, побольше, чтобы

15

анализ был точным». Наверное, она взяла

столько, сколько нужно, или даже немного больше. В моих венах теперь течет не

кровь, а одни лишь горе и боль!

Я не переставал надеяться, что все это

нелепая ошибка, однако интуиция подсказывала, что это и есть правда…

Покинул свою новую квартиру. Со вче-рашнего дня там на столе дожидается чай-ник, оставленный в надежде на возвращение… Напоминаю себе птицу в золоченой

клетке, которая бьется и бьется о стенки в

поисках спасительного выхода. Птичка в

отчаянии мечется во все стороны, однако

все тщетно.

Все, кто встречался со мной в тот день, интересовались, отчего мое лицо так изме-нилось: «Разве так выглядят счастливые же-нихи? Может, это от радости у тебя? Или

ты уже боишься?..»

Они спрашивали меня об одном, а мои

мысли были совсем о другом… Три дня

ожидания, это невыносимо… невыносимо

долго!..

И чтобы окончательно рассеять сомнения, я съездил в другую поликлинику. И в

тот же день позвонил в первую:

– Ничего нет?

ГаН дуШи моеЙ

– Нет, послезавтра, – ответили в труб-рау

ке. Как же мне дожить до завтра? Тем более до послезавтра?? Ожидать смерти или

надеяться на жизнь?..

1

Я отменил все встречи и визиты, и уж, естественно, мне было не до покупок или

благоустройства дома…

Не хотел никого видеть. Смотрел на

мир прощальным взглядом… Прятал свое

лицо от мамы… Мне представлялось, как

она будет плакать после моей смерти…

Когда я смотрел на отца, грусть раз-рывала мое сердце. Он шутил со мной на

предмет свадьбы, а я в это время повторял

про себя: «Завтра!..»

На третий день я успокоился, решив, что если мои худшие опасения оправдают-ся, не стану жениться…

…Но любовь к жизни не покидала

меня. Ведь очень многие живут с такой болезнью и ничего!

–…Жизнь и смерть в руках Аллаха, –

скажу я ей тогда…

В полпятого я уже стоял возле поликлиники, измученный, втайне надеясь, что

врач придет немного пораньше… Хотя

врач и пришел раньше, но результат не был

готов. Пришлось подождать еще два часа.

Они показались мне двумя годами. Врач

наконец пригласил войти – я моментально поднялся… Доктор открыл конверт, и

меня охватила дрожь. Казалось, наступила

холодная зима. Сердце мое гулко забилось, ноги не держали меня… Я покрылся потом

и часто дышал… Врач облегченно выдохнул:– Хвала Аллаху!..

1

Я не дал ему договорить и бросился его

обнимать. Но спустя короткое время, резко

выпрямившись, попросил:

– Пожалуйста, уточните еще раз!..

Не помню, как я вышел из больницы.

От радости распирало грудь, и я здоровался со всеми, кто попадался у меня на

пути…

Помчался домой. Меня все еще зноби-ло, и по лбу струился холодный пот…

Расслабился, но усидеть на месте не

смог. Сел в машину и поехал к родителям…

Поздоровался с мамой. Она заметила мой

утомленный вид, но при этом и невероят-ную радость. И какую радость!!

– Да что с тобой?! – спросила мама.

Конверт в моих руках объяснил все и

без слов. Брат упрекнул меня, почему же я

молчал и никому ничего не сказал.

Ничего не поделаешь, сын Адама весьма слаб, однако высокомерен и деспоти-чен! Его падение может происходить как

от собственного тщеславия и гордыни, так

и от крошечного вируса или невидимой

бактерии… Готовится к смерти, а в жизни

ничего хорошего не сделал. Радуясь хо-рошему самочувствию и крепкому здоро-вью, он и не думает тратить их на добрые

ГаН дуШи моеЙ

дела… Вокруг происходит так много бед, рау

катастроф и трагедий, а он равнодушно

проходит мимо!!! А ты?! Аллах ведь как бы

заново дал тебе жизнь!!! Но…

1

Смотри, они следят из темноты, Печальные Разлучницы Вселенной, В какой бы части Мира ни был ты –

Они поставят точку в жизни бренной, И встречи с ними нам не избежать, Нет выхода из этого пространства, От них никто не в силах убежать, –

Как ни нарушить это постоянство.

Но время есть пока что у тебя, Минуты, дни, а может быть, недели, Обдумай все, ни мысли не тая, Намеренья проверь свои и цели.

1

ﺎﻴﻧاﺮآوأ

Данная книга переведена с арабского языка

и издана общественной организацией

г. Днепропетровска «Аль-Мустакбаль»

на пожертвования благородной группы

арабской мусульманской молодежи

Организация «Аль-Мустакбаль», занимающаяся делами просвещения

и благотворительности, приглашает

благотворителей к сотрудничеству

в опубликовании печатных материалов.

ДОО «Аль-Мустакбаль»

Украина, 49000, г. Днепропетровск, ул. Ленина, 39

E-mail: d.almostakbal@gmail.com

Ïîëåçíûå ñàéòû www.islamua.net

www.arraid.org

www.quran.org.ua

www.nashislam.net

www.islamindex.ru

www.muslimka.ru

www.al-azhar.ru

www.waytoquran.net

www.semya.kz

Художнє видання

НА ПОРОзі МАйбУТНЬОГО Оповідання

Відповідальний за випуск

Тарек ЕЛЬ-РАФЕЙ

Переклад з арабської мови

Бюро перекладів ДГО «Аль-Мустакбаль»

Головний редактор Ірина АБДЕЛЛА

Редактор Гульсира ГАЙНАНОВА

Коректори: Любов СТОЛЯРОВА, проф., доктор філологічних наук, Валентина НЕЧАЙ

Комп`ютерна верстка Руслани ГЛУЩЕНКО, Ольги ЛІ

Підписано до друку 22.03.2010. Формат 70х1001/32.

Папір крейдяний. Друк офсетний.

Ум.-друк. арк. 7,80. Ум. фарбовідб. 8,64. Обл.-вид. арк. 8,62.

Наклад 3000 прим. Замовл. № 1719.

Видавництво ТОВ «Виробничо-комерційна фірма «АРТ-ПРЕС»

49050, м. Дніпропетровськ, вул. Козакова, 3

Свідоцтво ДК № 3287 від 26.09.2008 р.

Друкарня ТОВ «Виробничо-комерційна фірма «АРТ-ПРЕС»

49050, м. Дніпропетровськ, вул. Козакова, 3

Тел./факс (056) 370-20-27

www.art-press.com.ua

ISBN 978-966-348-217-0